Центр миража

Гамор резко остановился и, окончательно разделившись на разноцветные ласкутки, смешался с ветром, поглотившись в меня! Сознание пронзило током, и мысли отключились!

Одна часть меня спасла меня от другой части меня.

Я уже был не там. Я встречал закат.

Часть третья

– И тогда мы начали жить!

У меня было дежа визите[1 - Дежа визите – явление, при котором возникает необъяснимое знание нового места. Например, вы можете знать маршрут в новом городе, несмотря на то, что никогда там не были и знаете, что не могли никак получить эти знания.

], потому что, хотя, ни разу не был здесь, но этот каменный город казался мне знакомым, и я знал куда идти. Он был населённым странными человекоподобными созданиями с серой кожей, низкорослыми по сравнению со мной. Создавалось впечатления, что все они готовятся к какому – то празднику.

Погода была туманной.

Единственное, что мне бы сейчас помогло не сойти с ума – это другой человек, с которым можно поговорить, но эти недовольные существа оказались пустыми.

Все были какими-то отстраненными и угрюмыми, поглощенными своими делами. Никто не хотел со мной разговаривать. Будто загипнотизированные, они следовали дальше одним сплошным серым потоком, поэтому я побрел по течению завороженной толпы, которое привело меня на площадь, в центре которой было огромное черное яйцо.

Все стояли и молились, тянув руки к священному для них предмету, в центре площади. Верховный жнец руководил церемонией. Он ходил в длинном балахоне и вращал посохом, а его помощники исполняли ритуальные танцы.

Голоса всё усиливались! Повсюду расходились возгласы молитв и звуки ритуальных музыкальных инструментов. Создавалось впечатление, что в этот момент, все они были едины. Даже я почувствовал, что принадлежу не себе, а им! Всепоглощающей идее близости к смыслу и божеству…

Всё это было мне столь знакомым, особенно эти голоса и весь здешний шум, разговоры о каком-то боге… «Яйцо! Точно! Это ведь мой сон, точнее внутри него тот, чей сон я видел… Нет, точнее кого я видел во сне… Кем я был во сне!»

В голове резко проявились осязательные воспоминания, как я пытался представить свою «новую» внешность.

Оказывается, я находился в огромном чёрном яйце. Теперь, я увидел все со стороны, будучи зрителем самого себя, а не участником собственного (или все-таки чужого) сна. Сна, который происходил наяву. Все очень запуталось.

От мыслей меня отвлекло оживление толпы – яйцо начало трескаться.