Вселенная пассажа

В итоге, когда появился «Царь Царей», свин остановился и завязал с ностальгией. Из всех представленных в коллекции самогонных аппаратов он использовал только компактного «Малыша», когда выезжал на задания, предпочитая в свободное время попивать заводское пойло.

Европа недовольно фыркнула, Антон весело хрюкнул.

– У-умница? – просительно простонал лютик и посмотрел на Александру несчастными глазками. Перспектива остаться один на один с линяющей кошкой вызывала ужас у меркантильного растения.

– Ладно, – согласилась Александра.

Цветок радостно гукнул и, протянув к Александре тонкие веточки, произнёс:

– У-умница!

– Тотошка, гулять! – позвала девушка.

Пёс радостно тявкнул, завилял хвостом и бросился в гараж.

– На пр-рогулку! На пр-рогулку! – хрюкал довольный свин, усаживаясь на заднее сиденье, осторожно ставя коробку с «Малышом» себе на колени. Как-то Александра предложила убирать аппарат в багажник, на что свин обиженно спросил:

– А ты бы своего р-ребёнка в багажник засунула?

Александра устроилась на сиденье, помахала Европе, не расстающейся с кейсом и инфо-листами.

– Приятного путешествия! – пожелал автопилот. Аэробус плавно поднялся, грациозно выплыл из автобокса.

– Поехали! – хрюкнул довольный свин и тут же захрапел, продолжая нежно сжимать в руках коробку с самогонным аппаратом.

Александра отключила внешние звуки на своём кресле, с удовольствием закрыла глаза.

Глава 2

Аэробус плавно приземлился на стартовую площадку, выключил двигатель и мелодично прозвенел будильником. Убедившись, что все живые существа проснулись, автопилот пожелал удачного дня и отключился.

Александра сладко потянулась, чувствуя прилив сил после полноценного сна. Свин уже выбирался из аэробуса, Тотошка нетерпеливо ждал команды хозяйки, чтобы выйти и размяться. Его сухожилиям и мышцам не требовались физические нагрузки, но память заставляла бегать и скакать по просторам.

– Кто вы? – услышала она недовольное восклицание за спиной. – Кто разрешил вам приземляться здесь?

Обернувшись, Александра наткнулась взглядом на загорелую мужскую грудь, выглядывающую из расстёгнутой цветной рубашки.