Гражданин чужих миров

– Корэнус никогда бы не предал своего короля. Ты ошибаешься и надумываешь.

– Нужно попасть в замок, Вэллас, и там искать ответы.

– Я знаю, зачем ведьмам нужен точный план дворца, но это глупо. Их схватят. И тебя тоже.

– Но похитителей же не схватили. Расскажи-ка мне, что там произошло? Только подробно, в мелочах, понимаешь?

Вэллас попыхтел немного, но все же решился. Заговорил.

– Шел третий час ночи. Я отправился проверять посты. Как только приблизился к дверям спальни принца, то услышал быстрые шаги, и дверь распахнулась прямо перед моим носом.

– И сразу все поняли и ломанулись истязать девчонок.

– Для начала вызвали Корэнуса. Он обнаружил на осколке камня следы магии. Сомнений не было. Это ведьмы…

– А нянька?

– А нянька все это время тихо выла и повторяла, что спала и ничего не видела.

– И ее вы тоже не проверили, – предположил я.

– Проверяли. Она действительно ничего не знает.

– А потом?

– Потом я собрал всех своих воинов, и мы устроили облаву на замок ведьм.

– Так, – запыхавшаяся Оксана заглянула в дверной проем, – мальчики, идите в свою комнату. Она рядом, тут, справа. А мне нужно собираться. Завтра утром все решится. Давайте, шевелитесь.

Вэллас послушно поднялся, постоял немного, видимо, справляясь с остатками боли и спокойно вышел.

Оксана суетливо забегала по комнатке, собирая вещи в одну кучу прямо на полу. Ведьмочка явно была чем-то расстроена – вот-вот заплачет. Я не мог оставить ее в так, одну, в слезах. Схватил за руку, заставил остановиться.

– Ксюш, расслабься…

– Послушай, Тимур…

– Что случилось? – шепнул ей в ушко, погладил растрепавшиеся волосы, не встретив сопротивления, положил ладонь на затылок, тронул губами ее губы. Это было всего лишь касание – легкое, без страсти и желания, но в груди тут же застучало сердце, и я почувствовал жар.

Никогда еще такого не испытывал.

Оксана замерла, словно испугалась моих действий, но попыток оттолкнуть или освободиться не сделала. Просто стояла, прикрыв глаза, позволяла себя целовать.

Снова тронул ее губы, уже настойчивее, требуя ответа, и как только почувствовал отклик, притянул к себе, прижал так крепко, как только мог, впиваясь в нее с нарастающей страстью.