Горы любви

Над нашими головами будет синее небо, под ногами будет рассыпаться золотой песок, а наши сердца будут распахнуты, чисты и нежны. И нам не нужно будет больше ни изворачиваться, ни врать, ни банально отворачиваться при встрече.

И тогда-то мы встретим их, горы любви. Все знают, что они где-то есть, и именно об этом рассказали мне в детстве ангелы на своем неповторимом и непонятном языке. И было это в то время, когда взрослый мир с его притворством, условностями и неразрешимыми проблемами был от меня еще так нереален и далек.

После ухода сестры я некоторое время стою на улице, а потом захожу обратно в дом. Я набираю чашку жареной кукурузы, сажусь в кресло и включаю телевизор.

У города сегодня праздник, приезд известного актера, и это событие будет весь день смаковаться местным телевизионным каналом. А через пару дней они забудут о существовании известного актера, ведь этот человек – житель нашего города, здесь его дом, семья, он никуда отсюда официально не переезжал и переезжать не собирается.

Но не может же город испытывать по этому поводу постоянную агонию счастья, это было бы противоестественно. И послезавтра все будут обсуждать новость про размножившегося в местном зоопарке редкостного зверька или какую-нибудь другую ерунду.

А Мэл Рэндон сможет опять принадлежать самому себе, спокойно выходить из дома, заниматься делами на своей чайной фабрике и встречаться со мной.

Сегодня по телевизору только о нем и говорят. Почти каждые полчаса показывают, как он спускается по трапу самолета и сразу попадает в теплые объятия друзей, родственников и журналистов.

– О, Мэл Рэндон, это вы? – восторженно спрашивают журналисты.

Мэл Рэндон улыбается.

– Да, кажется, это я.

– В последнем фильме вы удачно станцевали румбу, кто вас этому научил? – спрашивают журналисты.

– Не скажу, – честно отвечает Мэл.

Солнце слепит ему глаза, ветер обдувает лицо, но Мэлу Рэндону все нипочем. Он улыбается нам с экрана так, как будто он первый мужчина во вселенной, и не страшны ему ни бури, ни снега, ни мировой потоп.

– Чем вы красите волосы? – не унимаются журналисты.

– Вы постоянно меня об этом спрашиваете, – обижается Мэл Рэндон, – я ничем их не крашу, как вы могли такое подумать?

Мы с Мэлом не виделись ровно два с половиной месяца, и я вижу, что он изменился ровно на два с половиной месяца, и у его глаз появились новые, едва заметные морщинки.