Два цвета Вселенной

Ни огорчения, ни ненависти – скорее, жалость, и это было самое обидное.

– Я рад за тебя. Надо же, ты до такой степени меня ненавидишь, что даже готов работать…

– Ты считаешь меня бездельником? К твоему сведению, я работаю.

– Где же? В лаборатории, в охране или, может, в транспортном отсеке?

– В Сенате.

– О, да, это сборище известных тружеников, – усмехнулся Айли. – Целыми днями валяются в анабиозе, просматривая сны из своих прошлых жизней. За исключением, пожалуй, Аммая, который курирует вопросы науки…

– Завидуешь? Что тебе мешает заниматься тем же?

– Предпочитаю жить настоящим, даже если оно не всегда приносит положительные эмоции.

– Ты ищешь отрицательных эмоций? – обрадовался Орхис. Подобные психологические забавы считались в шиммерианском обществе предосудительными. Хотя он знал, что некоторые шиммерианцы, изнывая от скуки вследствие скудости эмоциональной сферы, развлекают себя приёмом стимуляторов. Или энергообменом с менее развитыми существами – пропуская через своё сознание их эмоции.

– Даже не надейся, – спокойно, но строго, с потаённой грустью посмотрел на него Айли. – Оставь эту мысль – она может иметь для тебя пагубные последствия.

– Обо мне не беспокойся. Лучше позаботься о себе.

– Спасибо за добрый совет, я так и сделаю, – улыбнулся Айли, и в его доброжелательности Орхису почудилась самая изощрённая издёвка.

«Снова он меня переиграл… Но так будет не всегда. Знал бы ты, что тебя ждёт – посмотрел бы я тогда в твои глаза.

И пусть поглотит меня тьма, если б я не увидел в них страха…», – подумал Орхис, провожая недобрым взглядом посла.

«Он в сговоре с Нуром – это очевидно, – думал Айли. – Конечно, они попытаются избавиться от меня на Земле, как это уже бывало раньше. Любимая игра Нура под названием «Убить Айли». Когда ему уже надоест этот театр?» Если бы мечта Орхиса сейчас сбылась и он имел возможность взглянуть в глаза Айли, то увидел бы в них только усталость и грусть. Тот, кто живёт у самого края пропасти, не боится смерти…

Пятнадцатилетняя Анита Чанг не решалась открыть глаза.

Она смутно помнила, каким был мир до того, как её глаза утратили возможность его видеть. С тех пор девушка жила в окружении звуков. Когда Аните сообщили, что пришелец, в которого стрелял отец, проникся её судьбой и пообещал помощь, она старалась об этом не думать. Просто боялась поверить, а потом, в случае неудачи, жестоко разочароваться.