Мелководье. Туристы против пришельцев

– Криков и гама я не терплю, – оправдывался солидный пенсионер, – а в хвосте молодежь разгулялась, того и гляди, что начнут друг друга мутузить. Вот вы, милая девушка, меня понимаете? Стали бы вы весь перелет терпеть этот кошмар? Нашли бы общий язык с неадекватной компанией?

– Смотря где и при каких обстоятельствах. Приличных мужчин – таких, как вы, я уважаю. Пикаперов отшиваю. Кексов в импортных шмотках терплю. Они выпендриваются, но вполне безобидны. Первокурсники и школота надоели. Ваши – что-то среднее между кексами и школотой.

Темляк отметил с неудовольствием, что, возможно, Сергей Антонович – московский чинуша из мусорских. Мусора, а они Темляку встречались время от времени, не вызывали у киллера добрых эмоций.

Слушать дальше разговор Киры с пенсионером снайпер не стал, решив, что интереснее полистать в смартфоне фотографии темляков, которые он загрузил в девайс с форума любителей мобильных устройств. Тема форума называлась «А давайте выпендриваться темляками?». Темляки на фотографиях были сплетены из яркого паракорда: оранжевого в сочетании с желтым, серым и черным.

Темляк, болтавшийся у снайпера на смартфоне, получился крупнее и выразительнее, чем на его же мобильнике, его отменно сплели способом «змейка»: центральный шнур обвивался оранжевым и коричневым паракордом; с одной стороны «колоска» череп из стали, с другой, свободной, продолговатый зажим. К отверстию корпуса череп крепился короткой цепочкой.

Рядом Кира объясняла Сергею Антоновичу разницу между «кексами» и «пикаперами». «Кексы, – говорила она, – это знакомые парни. Пикаперы – парни незнакомые, но озабоченные. Их нельзя перепутать». Не выдержав, Темляк снова уткнулся в смартфон, чтобы почитать о высокоточной стрельбе.

Сквозь кучевые облака просматривалась россыпь небольших островов: голубые пятна лагун, окруженные изумрудной обвязкой кораллов. Самолет пробил крупное облако, и Темляку открылась впечатляющая перспектива: длинные волны вырастали одна за другой, вальяжно катились к берегу протяженного острова, где, сливаясь, образовывали белую ленту прибоя.

Самолет шел на посадку. Из-под крыла вынырнул крупный остров с многоэтажными зданиями и поодаль другой – пустынный, заросший кустарником. Океан стремительно приближался. Казалось, что шасси вот-вот коснутся воды.