В руках Ирбиса

Пальцы сами разомкнулись на её руке, отпустив, после чего она моментально отшагнула от меня. Хотя, нет, не отшагнула, её мотнуло, и взгляд слегка поплыл.

– Я тебя отвезу. – Вклинился Клим, взбесив меня. Я хотел продолжить на неё смотреть, чтобы стать ещё свирепее, жёстче, переполниться лютой ненавистью, чтобы видя её больше не вспоминать взгляд, который потух на моих глазах.

– А может всё же останешься? – Неожиданно вмешалась Стелла, обратившись к своей гостье. Теперь вечер у Давлатовых окончательно испорчен, Клим такое вмешательство не одобрит.

Он всеми силами пытается увести от меня Монику, и даже я не понимаю поведение Стеллы.

Ника перевела испуганный взгляд на меня. Да, ты всё правильно поняла, ты в этом доме без транспорта, и без охраны, Клим здесь единственный твой защитник. Мне очень не понравилось, что холопы моего отца не впускали меня в дом, в котором я всегда был желанным гостем и частью семьи. Сначала её глаза нездорово блестели, а затем она застыла ими на моём шраме над бровью, который появился во время моей ссылки в Америку.

Моника не стесняясь рассматривала его, изучая, пальцы её правой руки плавно шевелились, будто она хочет потрогать его. «Настоящий», – пробормотала одними губами, но я разобрал, а затем, повернувшись к Стелле, произнесла:

– Хорошо.

На меня смотрели два огромных зелёных глаза. Вита, оказавшись в моих руках, сразу заулыбалась, потянувшись руками к лицу. Эта малышка своим появлением на свет вытянула меня с самого дна, из которого я сам не собирался выбираться.

– Тебе идёт. – Стелла улыбалась, своей доброй тёплой улыбкой, от которой веяло спокойствием и уютом.

– Быть крёстным?

– Ребёнок на руках. Только тебе больше подошёл бы мальчик.

– Стелла, не начинай. У меня есть крестница, этого вполне достаточно. Знаю, что был не самым лучшим крёстным отцом, пропустил её первый день рождения, но теперь я готов выполнять все свои обязанности, если, конечно, позволите.

– Как ты можешь сомневаться? – Похоже Стелла обиделась.

– Клим не особо обрадовался моему визиту.

 – Перед ней я виноват, нарушил их идиллию, лишив возможности провести спокойный семейный вечер.

– Он рад. Мы всегда тебе рады в этом доме, но…

– Не тогда когда здесь она. – Закончил за Стеллу, вспомнив, что Моника осталась внизу с Климом, когда Стелла утащила меня в дом.

Эта трусиха уже могла уехать. Ну и плевать. Я её везде найду и достану, если понадобится, то теперь и с того света.

– Ей очень тяжело рядом с тобой.