В лапах Ирбиса

 – Обыденно и по-царски. Его прозвище ему идёт, полностью отображает суть.

– Зовите меня Ника.

– Это твоё настоящее имя?

– Нет.

– Я могу вернуть тебе твою прежнюю жизнь.

– Нет.

– Сомневаешься в моих возможностях?

– Только в своих.

– Не лучшее качество как для санитарки, так и хирурга.

Перевела взгляд на Клима, упорно делавшего вид, что не случает наш разговор. Затем на Шмеля в отражении стекла, но и он притворялся глухим. Виктор не задавал вопросов, зная, что я не стану отвечать, поэтому затеял своеобразную игру в угадайку, которая моментально начала выводить из себя.

– Во-первых, нечего возвращать. Один хороший человек позаботился об этом, за что я всегда буду благодарна. Во-вторых, это невозможно, сами сказали, что не всесильны. Меня прежней больше нет. В-третьих, я этого не хочу. Я похоронила прошлую жизнь внутри себя и на могилу бросила семена ядовитой травы, чтобы никто и никогда, даже я сама, не смог раскопать её.

– Почему?

– Мне больше не повезёт так, как в прошлый раз.

Татуированный хмыкнул, посмотрев на меня в зеркало заднего вида, если бы он всё знал, вел себя иначе.

– Он жив? – Я знала, о ком он спрашивает. Клим замер на мне взглядом, а Шмель, наоборот, отвёл его в сторону. На Виктора я не смотрела, боялась, что мне не понравится его лицо сейчас. Тон, которым он спросил уже не понравился. Я боялась начать бояться его, мне хотелось, чтобы он как можно дольше оставался человеком, дарящим мне спокойствие.

– Да. – Ответила и засомневалась.

Снова задумалась, позволив Виктору изучать моё состояние. Всё-таки иногда лучше притворяться, чтобы не чувствовать на себе его пытливый взгляд. Интересно, а зачем он вообще задал этот вопрос? Моя логика выдала лишь один вариант: Виктор допустил мысль, что я могла убить своего обидчика, и теперь скрываюсь.

– Я не желаю ему смерти. – Уточнила на всякий случай, прочитав в глазах Виктора определённое намерение. Этот человек только казался расслабленным. Показуха для меня, чтобы не испугать. На самом деле в своих мыслях он уже прикидывал все расклады развития событий.

– А чего желаешь?

– Чтобы он простил меня.

– Есть за что? – Тон Виктора становился холоднее, а взгляд Клима напряжённее.

– Не знаю.