Ночь души

Но кроме всех этих естественных звуков и запахов, молодая ведьма чувствовала и нечто иное. В воздухе было разлито напряжение. В ушах зазвенело от давления чего-то мощного. Потусторонний мир замер на короткое время, чтобы встретить ночное светило – олицетворение силы во всей ее мощи. Мелисса успела неплохо изучить лес вокруг дома. Она перешла овраг с текущим по его дну ручьем, нырнула в кромешную темноту под широкие лапы старых елей и вышла на небольшую поляну. Еще днем женщина собрала кучу хвороста для костра, и сейчас достаточно было короткого заклинания, и яркое пламя вспыхнуло, затрещали сухие ветки, и в небо полетели яркие, как звезды, искры.

Мелисса скинула плащ и поежилась от ночной прохлады. Она развязала пояс платья и тесемки у ворота, скинула ботинки. Босые ноги намокли от росы, и Мел почувствовала, как по телу пробежала дрожь. Она достала принесенный с собой нож и очертила широкий круг вокруг костра, а потом подвинулась ближе к пламени, согреваясь от его жара. В огонь посыпались сухие стебли травы, и воздух приобрел горьковатый запах. Даже во рту ощущался привкус легкой горечи. Когда луна выплыла над верхушками деревьев и величественно застыла среди россыпи звезд, Мелисса была готова начать ритуал. За пределами круга женщина разложила угощение для лесных духов. Дома она слепила небольшие лепешки из меда и остатков муки. Их сладкий аромат привлечет внимание маленьких созданий, живущих в кроне деревьев. Мел кинула в костер горсть мелких самоцветных камешков и прочитала заклинание призыва. Еще не отзвучали последние слова, как она почувствовала, что воздух вокруг нее сгустился. По позвоночнику пробежали мурашки, а волосы на затылке приподнялись. Лес давно уже наблюдал за новой жилицей, а сейчас с нетерпением жаждал познакомиться поближе. Мелисса замерла, прислушиваясь к своим ощущениям. Враждебности или неприятия она не ощутила, а потому смело шагнула за пределы круга. Нечисть только этого и ждала. Ведьма почувствовала, как ее касается нечто почти неосязаемое, потустороннее, но реальное. Это было неприятно. Холодные липкие прикосновения трогали не только кожу или волосы, они проникали внутрь, пробовали на вкус жизненную силу. Появись у них хоть малейшее сомнение в силе той, что открыто стояла перед ними, духи сожрали бы ее, высосали по капле всю душу, оставив лишь пустую оболочку, что в свою очередь пошла бы на корм хищникам. Но Мелисса была уверена в себе. Ее природный дар передавался из поколения в поколение уже много веков.