Спящая Цикада

Откинувшись на подушку, возмущенная самоуправством Анна процедила:

– Я вам очень благодарна. Но, поверьте, моя признательность не будет иметь границ, если вы сейчас закроете за собой входную дверь. Замок сам захлопнется, а ключи, пожалуйста, положите на стол.

Мужчина улыбнулся и наклонился над ней, поправляя подушку:

– Мы поговорим об этом потом. Сейчас вам нужно поесть.

Анна вздрогнула и попыталась отстраниться. Получилось плохо. Мужчина наклонился ниже, окутав легкой дымкой аромата.

Приятной. И ненавязчивой.

Одежда простая, а туалетная вода дорогая, качественная. Анне нравились такие вот запахи: обволакивающие, спокойные. Они создавали ощущение защищенности. Но не в этой ситуации.

– Вы…

– Мы поговорим после того, как вы позавтракаете. Хорошо?

Мужчина взял с подноса пиалу.

– Давайте, я покормлю.

– Может, я сама? – Анна лихорадочно вспоминала курс психологии. Ни в коем случае не злить сумасшедшего! Она уже начала сомневаться в здравом уме собеседника.

– Позвольте мне, – мужчина зачерпнул из пиалы и подул на ложку.

Глядя, как непринужденно он устроился на краю кровати, Анна решила, что первое впечатление оказалось верным – танцор. Вон, как держит чашку.. и ложку. Грациозные движения завораживали, заставляя забывать о том, что человек может оказаться маньяком.

Анна очнулась только, когда край ложки раздвинул враз пересохшие губы:

– Это… что?

– Суп. Тут креветки и морская капуста. Хорошо силы восстанавливает.

Анна с опаской попробовала. Вкус удивил.

Пряный, приятный. Но вот к какой кухне относится, определить не удалось. А мужчина снова протянул полную ложку.

Пришлось есть. Глотая наваристый бульон, Анна смогла хорошо рассмотреть того, в чьей власти оказалась.

Чужак оказался очень красив. Идеальная стрижка подчеркивала правильный овал лица. В безупречных чертах проскальзывало что-то азиатское, но очень слабо. Ровно настолько, чтобы придать облику мужчины пикантность, не испортив общее впечатление совершенства.

Но выражение лица казалось необычным.

Анна присмотрелась.

Глаза. Иссиня-черные, бездонные. Солнце, проникающее сквозь щели жалюзи, высекало в них холодные искры. Они придавали мужчине неприступный вид.

– Вы так смотрите… Я вам нравлюсь?

– Ну…– Анна вытерла рот салфеткой. – Скажем: могли бы. Но меня не интересуют мужчины.

– Вам нравятся женщины? – он встревоженно вскинул на неё взгляд.

– Нет, – Анна спокойно взяла из его рук стакан с соком и, не торопясь, выпила.