Полет Цикады

Его вороная Пустельга гарцевала, нетерпеливо перебирая тонкими ногами. Но крепкая рука всадника сдерживала её нетерпение, заставляя приноравливаться к шагу людей.

Слева на невысоком, ладно сложенном мерине ехал Тайкан. Он по-прежнему закрывал нижнюю часть лица шарфом, хотя, по мнению Анны, старый шрам ничуть его не портил. Напротив, придавал особый шарм. Почти рядом с ним, держать сзади на половину лошадиного корпуса, следовал маг. В обязанности полукровки входило следить за безопасностью Наири, величайшего сокровища Эстрайи, а также обеспечивать её нужды, насколько возможно.

Если же она хотела невозможного… огромный штат магов Королевского Дома тут же принимался за дело, отринув остальные заботы.

Пятеро скороходов помчались впереди процессии. Их вопли перекрыли шум давно проснувшихся улиц, и он утих, словно прислушиваясь к зычным голосам. Все, кого нужда выгнала из дома в палящий зной, отступали к обочинам и опускались на колени, изредка приподнимая голову, чтобы полюбоваться выездом Наири.

За скороходами следовали рораги.

Девять всадников по три в ряд заставляли встречных пятиться, расчищая путь. Барабаны задавали ритм, и им вторил ликующий вопль труб.

Подчиняясь музыке, кружились танцовщицы. Их покрывала взлетали и опускались, и среди мельтешения легких шелков время от времени показывалось то стройное бедро, то обнаженная грудь. Анна этого не замечала – с высоты паланкина она видела только прекрасную постановку, перетекание одних цветов в другие, реку переливчатой ткани, вкрапления золота головных уборов… Танец на самом деле услаждал взор, даже если приходилось смотреть сверху.

За паланкином шли адъютанты Наири и её Верховного Рорага. Хон – на шаг впереди, все же он считался личным секретарем госпожи.

Далее следовали фрейлины и слуги. Замыкали шествие пешие и конные рораги, готовые крушить все вокруг даже при намеке на опасность – в их памяти еще не стих ужас потери прежней Наири и бедах, карой Лилит обрушившихся на Эстрайю.

Сине-золотые крыши возвышались над городом.

Единственным зданием, превосходившим Храм в размерах, был королевский дворец. Таков был Закон.

Коленопреклоненных стало больше – пруд и сад считались любимым местом отдыха горожан. Особенно в такую жару. Дети купались во внешних водоемах, взрослые, не обремененные тяжким трудом, отдыхали в тени плодовых деревьев. Анна снова пожалела тех несчастных, которым приходилось трудиться на солнцепеке: рабов, слуг, ремесленников. Но их она жалела и дома, в своем мире.