Академия Макоши. Спецкурс

– Ничего, справимся, – ответил второй. – Зато после Дарьи раны не гниют. Верно? – он подмигнул, и Даша залилась пунцовым румянцем.

Ковер-самолет приподнялся над телегой так, чтобы за раненым было удобно наблюдать. В себя он так и не пришел, и, как считали остальные – к счастью, иначе мог не пережить болевого шока.

Но на полпути к дому Бабы Яги рыкарь вдруг начал задыхаться.

Кирилл зметил первым, встрепенулся, схватил фонендоскоп. Остальные замерли, чтобы не помешать. Все, кроме врача. Тот отстранил студента и начал осмотр.

Закончив прослушивать, простукал грудь рыкаря и сообщил:

– В плевральной полости скопилась жидкость. Явно пнематоракс. Кто скажет, откуда такие выводы?

– Данные перкуссии, анамнеза, давления. Кожные покровы… – начал Кирилл.

Врач не дослушал:

– Делай. Ты же умеешь?

Кирилл кивнул:

– В морге получалось.

– Отлично. И не бойся – я не дам тебе ошибиться.

Снова кивнув, Кирилл открыл укладку.

– Не трать время на анестезию – он все равно ничего не чувствует.

Толстая игла с трубкой, большой шприц… У меня от одного их вида по спине холодок пробежал. И в то же время я не могла оторвать взгляда от происходящего.

Даша взялась помогать, что сразу сделало её в моих глазах героиней. Я бы и близко не подошла! Да что там, уже жалела, что согласилась на эту авантюру. Но деваться было некуда, и я наблюдала.

Смыли кровь, обработали кожу йодом, и не один раз. Кирилл снова простучал грудную клетку, а потом очертил пальцем зону:

– Вот здесь. Иглу!

Даша подала требуемое.

Мне опять стало плохо, но я только крепче сжала ладонь рыкаря, стараясь думать о чем-то постороннем. Получалось плохо – любопытство оказалось сильнее.

Плавное движение, игла медленно проткнула кожу, утонула в теле… Я едва сдержала рвотные позывы, а уж когда шприц наполнился кровью…

– Дыши глубже! – раздалось над ухом.

Хотя внимание врачей было сосредоточено на действиях Кирилла, один из них заметил, что мне нехорошо.

– Может, нашатыря? Что, крови боишься?

Ох, не крови я боялась, а боли.

Это не рыкаря кололи толстой иглой, а меня – даже заболело в том месте. Мама любит повторять, что её дочь слишком впечатлительная. Наверное, так и есть.

Но, вместо того, чтобы засмущаться, разозлилась: сама ведь все знает, ну куда отправляет с такими нервами в медицину?

– Наверное, все-таки нашатырь… – в нос ударил едкий запах, я даже задохнулась. – Держи, – в руке оказалась вонючая вата. – Протри виски. И крепись – скоро приедем.