Избранница для принца тьмы

Густые золотистые волосы незнакомки, уложенные в замысловатую высокую прическу с редкими вкраплениями драгоценных камней, удерживались небольшой диадемой. Длинное платье небесно-голубого цвета, украшенное серебряной вышивкой, плотно облегало верх, подчеркивая высокую грудь и тонкую талию. Однако меня поразил вовсе не наряд. У девушки были просто необыкновенные глаза. Я бы сказала пугающие, ибо зрачков настолько насыщенного фиалкового оттенка у людей не бывает.

От удивления с меня словно спал морок.

– Вы кто? – спросила, испытывая какой-то иррациональный ужас. И пусть незнакомка скорее напоминала принцессу, чем чудовище, но от нее исходила особая пугающая энергетика.

– Я Шиад, – ответила она так, словно это должно все объяснить. Увидев отсутствие реакции, уточнила: – Богиня любви. А ты – избранница из другого мира.

– Из другого мира? – не поняла я.

Фраза звучала странно и вызывала не самые приятные ассоциации.

– Ты на Шакаре, – все-таки решила пояснить богиня, тем самым подтверждая мои догадки, – в моем главном храме.

Мраморные стены и многочисленные колонны вокруг действительно навевали мысли о храме. Я только сейчас заметила огромную статую, повторяющую девушку передо мной. И вправду богиня. Настоящая богиня! Мне почему-то верилось, что происходящее никакой не розыгрыш. От этой женщины веяло силой.

– Как я здесь очутилась?

– Ты смогла попасть в благословленный богами клуб.

Ее речь звучала как-то заученно, видимо, я далеко не первая, кому она это говорит. Хотелось уточнить, но Шиад предостерегающе взмахнула рукой, и я замолкла. Окинув взглядом мое короткое платье, она скорчила кислую мину.

– Не самый подходящий наряд для встречи с судьбой.

Я едва удержалась от едкого комментария.

– У вас ходят в таком виде? – Она осуждающе покачала головой. – Ну да ладно, сейчас подправим.

В тот же миг я взлетела вверх и зависла на высоте нескольких метров. Богиня щелкнула пальцами, и я оказалась в пышном белоснежном платье, очень напоминающим наряд невесты, волосы сами собой завились в локоны, а на голове возник венок из живых цветов.