Светлая ведьма для Темного ректора

Кто-то говорит, что он старше самой академии, а у нее был тысячелетний юбилей в прошлом году, а кто-то – что пара сотен лет всего. Но для меня это тоже кажется чуть ли не вечностью, учитывая, что мне вот только исполнилось двадцать три.

Профессор Барнс гладит свою белую окладистую бороду и жестом приглашает меня в кабинет. Я натягиваю улыбку, но не могу заставить себя сдвинуться с места. Мне невыносима сама мысль, что буду находиться в одном помещении с Темным. С этим предателем.

Глаза бывшего ректора подозрительно сужаются, когда он видит мою нерешительность, но расценивает ее по-своему.

– Не переживайте, вас никто не будет увольнять, – пытается успокоить меня он.

Слышу скрежет зубов секретарши рядом. Понимаю, что это неправильно для светлой ведьмы, но в душе разливается тепло от того, что ее ехидство не оправдалось.

Но даже это не прибавляет мне решительности. Во мне борются два желания: сбежать немедленно, бросить и работу, и даже аспирантуру, только бы снова не пересекаться с Рейнардом, и, несмотря ни на что, подняв голову, войти в кабинет и показать, что я жива и могу выстоять, назло всем предателям.

Вспоминаю доверчивый взгляд Аллана, загоревшийся радостью, когда я сказала ему, что мы будем больше времени проводить вместе. Думаю о возможности не тратить лишние деньги на еду и жилье, а значит, о дополнительных ингредиентах для зелий для сына.

Ради этого я готова терпеть Рейнарда. Я просто буду формально выполнять его поручения. В рабочие отношения не должны вмешиваться личные обиды.

Подбираю юбки и шагаю через порог кабинета.

– Вот, профессор Силейн, – кладет мне на плечо руку бывший ректор. – Эта милая особа будет вашей правой рукой. Она давно уже в академии, прекрасно знает ее. А еще она невероятно ответственная.

Пока профессор Барнс расписывает все мои достоинства Темному, я, замерев, смотрю на Рейнарда. Те же пронзительно-зеленые глаза, тот же упрямый квадратный подбородок с ямочкой, и тот же высокомерный взгляд, который ранил сильнее ножа.

Думала, что все прошло, что все ночи, проведенные в слезах, уже давно в прошлом и больше не болит. Как же я ошибалась! Меня пронзает словно разрядом. Я стискиваю челюсти и больно впиваюсь ногтями в ладони, чтобы немного отрезвить свой разум и вернуть спокойствие.

– Здравствуйте, мисс Антис, – слегка наклоняет голову Рейнард и галантно целует мне руку.