Выскочки

Тропинка была достаточно широкой, и девушка поступилась своим первенством, позволив гостю идти рядом.

– Ты из гильдии Аграриев? – спросил Жнец.

– Была, когда-то очень-очень давно, – неохотно ответила Шанья, и Вир не стал настаивать на продолжении этой темы.

Под сенью огромных, еще не вполне проснувшихся после зимы лип шли молча, наслаждаясь ранней весной. Эта часть сада понравилась Виру, пожалуй, даже больше шикарных цветов. Дорожка петляла среди деревьев, то и дело открывая взгляду новые виды: ложбинка, до краев заполненная сухим прошлогодним папоротником, поляна с подснежниками, кормушка для птиц в виде купола Арены.

– Заходи, – открыла дверь Шанья.

Парень переступил порог, и в нос ему ударил запах влажной земли и прелых растений. Запах был знаком Белому Жнецу по рейдам в тропиках.

– Пока Альдер не вернулся, ты будешь жить с нами, а значит, должен внести свой вклад в развитие этого места.

– Всю? – Вир немного запаниковал. Территория, которую ему поручали, была не меньше зала для тренировок команды охотников в гильдии Силы.

– Угу, – кивнула Шанья. – Скоро настанет пора высаживать рассаду, поэтому надо успеть до конца недели.

– А ты помнишь, что я больше не могу использовать энергию? – на всякий случай поинтересовался Жнец.

– Альдер говорил, что в ремонтном депо ты отлично справлялся и без харум, – напомнила Шанья с ехидной ухмылкой.

***

На ужин Белый Жнец шел с опасением. С кем еще сведет его судьба в этом странном доме? Впервые с дня казни апатия в его душе сменилась любопытством.

Он спустился на первый этаж и пошел налево по коридору. Миновав гостиную, где проходили переговоры, Вир оказался в большом холле. Потолка между этажами не было, и солнечный свет расчерчивал пол на ровные квадраты, попадая внутрь через мансардные окна.

– Дверь с гиацинтами, – проскрипел Вир сквозь зубы. – Да она издевается!

Цветы всех мастей были изображены на каждой створке, и который из них гиацинт – Белый Жнец мог только гадать.

– Гиацинт – это что-то похожее на розу? – не очень уверенно стал вслух размышлять парень. – Ладно. Предположим, что вон тот белый цветок все-таки ромашка.