Не хочу быть Золушкой!

Тогда он достал из кармана маленькую серую пуговку, обтянутую тканью – как раз такую, как на кофточке Зеленой Палочки, и показал мне. Я подержала пуговку в руках. Плотная, размером с ноготь, снизу из черной пластмассы с петелькой, сверху – из ткани с ворсистой поверхностью – кончики моих пальцев ощутили неприятное покалывание.

Удостоверившись, что я поняла его, красным карандашом, причем, левой рукой, он провел справа налево вдоль всего коридора зигзагообразную линию со стрелкой на конце, поразив Зеленую Палочку и часть охранников в серых пиджаках.

Тесла вырвал лист с рисунком из тетрадки. Затем написал в правом нижнем углу: «11.11 в 11» и отдал мне.

После сампо, с графическим письмом в руках, я бежала в нашу комнату, чтобы поделиться известием с «Тайным обществом». Взрыв молнии Тесла запланировал на воскресенье, до него оставалось всего два дня!

Батяня назначила заседание после душа в холле.

Мы сидели на диване, поджав под себя босые ноги, в байковых халатах, с полотенцами на головах. Три пары одинаковых тапочек стояли рядком около дивана.

Я подала Батяне листок Теслы. Она внимательно рассмотрела рисунок, потом передала его Тубе со словами:

– Значит, это не только наша тайна!

– У него и пуговица есть!

– Какая пуговица? – удивилась Туба.

– От кофточки Зеленой Палочки! – я доложила о маленькой улике.

Туба, рассмотрев рисунок, высказала свое мнение:

– И, похоже, Тесла знает, что сейчас пленников в подземном коридоре нет!

– Вернее, не было! До сегодняшнего дня, – сказала Батяня.

– Кого?! – ужаснулась Туба.

– Таньку-Ваньку из девятого, Биссектрису из десятого и Принцессу из седьмого.

– Таньку-Ваньку без брата?! – в это трудно верилось – настолько их привыкли видеть вместе.

– Говорю же, девочек! – Батяню иногда раздражала моя непонятливость.

Принцессой звали цыганскую девочку, которой уже исполнилось шестнадцать лет, но она училась только в седьмом классе. Принцесса – ее настоящее имя, не прозвище. Так у нее в паспорте записано. Принцесса не очень хорошо усваивала школьную программу, зато могла и прошлое, и будущее по руке рассказать. И все сходилось! Видимо, со своей одаренностью она не вписывалась в группу академиков.