Полусвет. Страшный смешной роман

 – Ты с нее тринадцать штук требуешь, как выяснилось, а по-хорошему это с тебя минимум соточка ей за моральный ущерб… И это только по дружбе.

Клячин с наслаждением кошмарил британского подданного. Моральный ущерб спонсорам Вороновой тянет минимум на лимон, а дружба Дунина с этими спонсорами не стоит и гроша ломаного, эти спонсоры на цырлах у Клячина в приемной стоят. Подданный орал, чтоб Клячин не мешал мух в котлетный фарш, причем тут спонсоры. И тут же согласился на двадцать три… Да он и Воронову не пугал, ничем не грозил, эта рыжая дура все придумала! Потому что недотраханная, видел Дунин мельком ее мужика, рыхлый жадный еврейчик.

Клячин покинул ресторан крайне довольный собой. Сэкономил полтора ляма, не деньги, а все же деньги. Сказав водителю, что пройдется до мэрии, отправил машину за детьми. Об этом они с Корнелией не уговаривались, но сегодня был законный повод покуражиться.

«Бери ношу по себе,

чтоб не падать при ходьбе».

Войдя в кабинет, вызвал секретаря: «Выясните адрес, туда цветы, открытку, и пусть напишут: „Рад был помочь“. Позвоните моей жене, что детей сегодня привезут к нам до понедельника».

– А что такого? – в голосе Зои слышались слезы, – Фокс взялась помочь, а сама палец о палец не стукнула! И тут же повернула все так, будто это я ее подставила, а не она меня.

Что такого? Это как раз Ванечка мог себе представить, даже в лицах.

Когда охрана передала Клячину, что гражданка Фокс снова прыгает в Раздорах у забора, он поехал к тому же забору:

– Вымогательством занялась? Решила товарок привлечь?

– Спятил? Ты о чем?

– Твоя Воронова явилась ко мне денег требовать.

– Что-о-о? – совсем с ума сошел, подумала Корнелия. – Каких денег?

– Зеленых, тринадцать штук. Не делай вид, что ничего не знаешь.

– Воронова просила у тебя тринадцать тысяч долларов? – у Корнелии побежали мысли… Нет, Зойка не могла так поступить.

– Всучили подделку моему партнеру, ты получила откат. А вопрос решили на меня повесить.

Дешево отделавшись от подданного, Клячин добивал второго зайца.

– Мошенничество, лапуля. А уголовка на тебя все еще не закрыта, если ты успела за эти годы забыть.

– Не пристегивай муде к бороде…

– Воронова свидетелем пойдет. Я смогу ей объяснить, что это в ее интересах.