Катилось яблочко

Ещё цветущая слива, вишня, сакура и яблоня. Обожаю, когда дерево покрывается ажурным узором из белых и розовых цветов, из падающих лепестков и молоденьких листьев. Юный цвет так невинен и прекрасен всегда. А тебе, мой дорогой?

– Первоцветы. Сильные и яркие цветы – символ наступающей весны и обновления природы. Мы с братьями всегда ходили в первый тёплый день марта на поляну: лежать на холодной земле и слушать её цветочное дыхание.

– Романтично. У тебя много братьев?

– Да, шестеро.

– Почти футбольная команда.

Где они сейчас?

– В отпуске.

– Бросили тебя здесь одного? Какая жалость. Но ничего, теперь у тебя есть я, мой милый.

Гном опустил глаза, чувствуя, как начинает печь нос.

– Пойдём, скоро время обеда, – Рина снова повела его в коридор.

За столом собралась вся техническая команда и незнакомая девушка в берцах, джинсовке и секущимися пшеничными волосами в растрепанной косе.

– Ой, мой стажёр, какой ты милашка!

– Здравствуйте.

– Меня зовут Аня, приятно познакомиться.

Я так рада, что ты согласился быть вместо меня ведущим, так рада! Я все-все покажу, не бойся.

– Как самочувствие? – спросил у Скромника оператор.

– Хорошо.

– Да. Прибереги восторги, Аня. Мы посоветовались с Сергеем Константиновичем и решили, что его погружение в мир кино должно происходить плавно, а не сразу в прорубь. Поэтому пока что он побудет помощником нашего осветителя, познакомится со всем, а потом, может, и тебя заменит, – вмешалась Рина.

– Да? Ну ладно, – девушка натянула улыбку, стараясь не показывать, как она расстроена.

– Жесть, – не сдержался световик.

– Кто там булькатит?

– Никто.

– Ах, Серёжа, я же тебе не представила их по именам: Сёмушка – твой руководитель, продюсер Тёмушка, звуковик Севушка, оператор Митрофанушка и монтажер Иванушка.

У Скромника зачесалось ушко.

– Приятно познакомиться. Ещё раз…

– Давайте есть, – простонал Севушка и, не дождавшись, распахнул коробку.

Есть с не очень знакомыми людьми Скромнику было проще, чем общаться.

Тем более больше всего внимания привлекла шумная, говорливая и весёлая Аннушка, а не он. Лишь Рина изредка поглядывала на него и подмигивала, мол, не робей. Гном силился, иногда вставлял словечко-другое в разговор и каждый раз мысленно радовался, что смог пересилить свою робость.

Минут через двадцать в комнату прямо через стену впорхнули три птички и издали такую звонкую трель, что в руке у Рины треснул бокал.