Зимний мир: Танец вихрей. Прокаженный

Кай невольно задался мыслью, для чего предназначены эти стены – чтобы защитить поселение от угроз снаружи, или чтобы не дать разбежаться людям изнутри? Пропускная застава оказалась больше похожей на загон для скота – большое, но низкое помещение, разделенное лабиринтом перегородок и ворот, воняющее копотью и навозом. Керосиновые лампы и чадящие факелы давали тусклый и неровный свет.

Однако, субординация стражей оказалась лучше, чем рассчитывал Закир.

Внутренние ворота перед аэромобилем оставались закрыты. Кай тихо завозился, пытаясь сползти с сидений пониже и слиться с тенями… Тири осталась сидеть прямо, поглядывая с любопытством сквозь зазеркаленные стекла.

– В чем дело?! Какие проблемы?! – голос его прозвучал чуждо, властно и угрожающе.

– Ээээ… Господин… Вы должны выйти из машины, назвать себя и цель прибытия. Такой порядок… – промычал постовой со смесью робости и упрямства.

– С чего ради?

– Э… Для безопасности.

– Я что, похож на мертвяка, сожравшего водителя чтобы украсть машину?! Что за бред!!! Я спешу, и не обязан докладываться всяким болванам!

Грузный мужик, похожий на похмельную гориллу, робко переступил с ноги на ногу и вопросительно покосился на напарников за бойницами, но не отступил.

– Таково правило нынешнего начальства… – повторил он.

– Меня ждут важные люди – раздраженно бросил Закир. – Можешь доложить это новым властям и получишь от них по башке за мою задержку.

Секунду помявшись, постовой отступил, нервно кивнув товарищам. Формально имя и цель прибывшего были названы, он видел его лицо и порядок был соблюден… Хотя бы для виду. На большее у бедняги не хватило смелости.

Ржавые ворота скрипнули и начали отворяться. Закир дал по газам и промчался сквозь них, не дожидаясь, пока створки распахнутся до конца.

Однако, несмотря на задержку, едва закрывшееся окно скрыло его от внешнего мира, Закир расплылся в довольной улыбке.

– Я думаю, мы тут точно найдем что то интересное, Ушки – обратился он к Тири – Необычное начало для типичной скверны. И если этот бедолага осмелится доложить о нас начальству, тем лучше.

– Боюсь, зря надеешься – весело заметила Тири. – Ты был свиреп как сто чертей и напугал его до усрачки.