Рукопись из тайной комнаты. Криминальный исторический триллер

Дневник старой латышской хуторской крестьянки, пусть даже и сельской учительницы, написанный изысканным шрифтом на немецком языке… Этого не могло быть. Но это – было.

Она решительно выгрузила из сундучка ещё несколько толстых тетрадей. Самая нижняя была самой красивой. Это была не просто старая канцелярская тетрадь, обтянутая потемневшей от времени коричневой с золотым тиснением кожей, а скорее – настоящее произведение искусства

Это был самый первый дневник.

И перебравшись поближе к зелёной настольной лампе, Ева принялась его читать.

9.

Пробуждение было странным.

С одной стороны, она по-прежнему оставалась самой собой – Евой, со всей её биографией и вытекающими оттуда правами, обязанностями и отношениями. А также – проблемами.

С другой стороны, то, что хранил в себе сундучок, и то, что с таким трудом открывалось ей в стройных рядах готических букв, аккуратно выведенных более семидесяти лет назад, превращало жизнь в какой-то запутанный роман. А её – в героиню романа.

От этой двойственности было не по себе. Каким-то образом требовалось создать некий баланс между сегодняшним днём и событиями, участницей которых, а позже – хранительницей семейной тайны, стала поневоле Ева.

Пока руки механически доили козу, кормили Ральфа, варили кофе, сама она как бы отсутствовала. Её голова тщетно пыталась принять хоть какое-то решение, как совместить сегодняшнюю обычную жизнь с прошлым.

Наконец после двух чашек кофе она приняла решение. Оно могло бы показаться странным, но это было лучшее решение, которое у неё получилось.

– Торопиться не надо. – Слова из какого-то старого фильма сами всплыли в голове.

Оценив положение дел, Ева пришла к выводу, что судьба, похоже, на её стороне. А что? Макинтош – не работает, детали к нему нет, значит, редактор не сможет требовать с неё переводов. Марис будет на учёбе чуть больше двух недель, значит, ей не придётся скрывать от него то, что она и сама пока не очень поняла.

– Ха! У меня есть две недели, а то и больше, чтобы прочитать дневники, – созрело решение.

Сама мысль о том, что карты фортуны легли так, чтобы освободить ей время, вдохновляла. И Ева решила не сопротивляться. Она позвонила в редакцию, где получила крайне неутешительную, но очень своевременную информацию, что головной офис помочь с «мамой» для Мака не может. Редактор был нейтрализован.