Мой брат Август

У нее есть все, чтобы завлечь: осиная талия и внушительного размера бюст, короткие огненно-рыжие волосы и родинка над верхней губой, как у звезд шестидесятых. Хоть Мар и настоящая стерва, я люблю ее за то, что я единственный человек, с которым она бывает милой.

– А, правда, ну ее эту физ-ру! Пусть парни идут на футбол, а мы с девчонками можем пойти ко мне, – предлагаю я.

– Нет, Алекс, я лучше отосплюсь. Вчера этот, ну как его… Миша меня всю ночь…

– Да, я поняла Мар. Без пошлостей!

– Слушай, Алекс, я могу пойти, мы можем придумать идею для розыгрыша! – радостно говорит Крис.

– Ты же никогда ничего не придумывала.

– А сейчас хочу!

– Ладно. Я только Илье позвоню, пусть подвезет нас.

Мар нахмуривает брови и отворачивается в сторону. Как только она увидела Илью, она сразу его не взлюбила, хотя и до сих пор не поведала мне почему, говорит, что чувствует, что что-то с ним не так. На самом деле, Илья – самый замечательный парень, которого я встречала. Он так красиво улыбается.

Стоит ему сделать это, и кажется, что моя жизнь обретает смысл. Илья всегда может успокоить и подбодрить, он так заряжает оптимизмом. Что бы ни случилось, он всегда найдет в этом хоть и маленькие, но положительные стороны.

– Лучше бы на физ-ру пошли, – говорит Мар и тяжело вздыхает.

– Черт, подруга, может, расскажешь, наконец, чем тебе так не угодил Илья? Он же лично тебе ни слова не сказал! – разозлилась я.

– Я же говорила, я чую, что он обманщик, скользкий тип, слишком уж скользкий.

Эта его идиотская улыбочка, отбеленные зубы, волосики, прилизанные гелем, черненькие бегающие глазки! Фуух!

– Вот увидишь, он отличный парень. Ты зря наговариваешь! – сказала я и достала телефон.

Боже мой, зачем ты создал эту чертову школу? От немецкого, который преподает наша черствая, старая селедка – Ирина Дмитриевна, мне хочется залезть в петлю. Интересно, какого это – быть училкой? Стоять посреди класса, смотреть, как толпа людей нахально тебя игнорирует; проверять целый вечер дома тетрадки двоечников, убивать ночь на исправление ошибки в журнале, разрабатывать дурацкие планы уроков, распечатывать какие-то картинки, посмотреть на которые ученики даже не удосуживаются; получать в бухгалтерии жалкую зарплату.

О, боже, какая веревка? Мне еще повезло!

Я опускаю взгляд вниз на свою тетрадь. Нарисовать еще смешную рожицу или поиграть в игры на телефоне? Господи, о чем я только думаю? Потерпеть-то нужно всего тридцать минут.