Если наступит завтра

И раз любовь не помогла тебе в этом, то ненависть ко мне, быть может, сделает свое дело………..

Катя очень поздно осознала, к какому виду насилия он намеревался прибегнуть. А потом его руки бесконечно долгие мгновения шарили по ее телу, находя самые сокровенные места, мучая ее, оставляя синяки на нежной коже. Все оказалось намного хуже обычного насилия. Ее противник никак не мог удовлетворить свое желание, а потому ее мучения, заставляющие ее сгорать от стыда, продолжались бесконечно долго….

Наконец, получив долгожданное удовлетворение, ее мучитель оставил ее в той же неудобной позе: распятой на стене, униженной, подавленной и разбитой.

Он не просто уничтожил ее, он погубил ее любовь, ведь после всего она не сможет смотреть в глаза Никите, не сможет получать удовольствие от его ласк. Словно на ней поставили невидимое клеймо, разбив нежные чувства, зародившиеся в ее сердце совсем недавно, но успевшие стать смыслом ее жизни, ее существования. Молчаливые слезы стыда, унижения и разбитых надежд душили ее, застилая глаза.

Не сразу она ощутила близость своего мучителя, вернувшегося к ней.

–Итак, моя хорошая. Спасибо тебе за расположение. Сейчас у меня дела….

–Какие у тебя могут быть дела, жалкое ничтожество? – бросила Катя, ощущая прилив жгучей ненависти, душивший ее не меньше недавнего отчаяния.

– Ах вот, ты о чем?

Майор, внимательно глядя на истерзанную жертву, сделал вид, будто раздумывает над ответом, вскоре решив ответить молодой женщине, тем самым нанеся ей последний удар.

–Если тебе так интересно, то пожалуйста, я скажу. Мне поступило сообщение о том, что недавно началась битва за Южный рубеж, которым так стремиться завладеть противник и которой так ожидали все наши командиры. Возможно, скорее даже вероятнее всего, мы победим в сражении. Этого и добивается противник и те из нас, кто не желает победы нашей армии. В Южном рубеже твоего полковника и тех, кто уцелеет в сражении, будет ожидать интересный сюрприз – ведь город наполнен янки и их союзниками. Я же получу неплохую награду за активную помощь нашим врагам.

–А теперь, извини, милая, мне пора. После моего возвращения мы продолжим наше замечательное времяпровождение.

К ее огромному удивлению ее мучитель действительно покинул свою жертву, не позаботившись освободить ее от цепей, по-прежнему сковывающих руки и ноги молодой женщины. Оставшись одна, она, на какое-то время, отдалась охватившему ее отчаянию, чувствуя, как молчаливые слезы медленно текут по щекам.