К солнечной стремись награде

Он понимал, что нужна работа над собой, что требуется постоянный каждодневный труд, но рядом не было человека, который подсказал бы ему как это сделать. А сам он был способен только на хаотичные усилия, которые в сумме не давали ничего, кроме коллекции самоучителей. В конце концов Батонов бросил попытки обрести спортивное мастерство, но мечтать не перестал.

Вот и сейчас, пока остальные лаборанты разбежались кто на обед, кто украдкой покурить на ступеньках института, Сергей сидел у окна и мечтал, позволяя мыслям легко скользить с одной темы на другую.

– Батонов, ты на Первой Лунной был? – спросил сидящий за соседним столом Кирилл Жданов.

– Не был, – ответил Сергей, отрывая взгляд от окна.

– А хочешь?

– Хочу.

– Значит, записываем тебя представителем от института на спартакиаду. Будешь воздушным гимнастом? О, или вот – прыжки на лунных лыжах! – радостно предложил Кирилл.

Батонов криво улыбнулся, делая вид, что ему тоже смешно. Хотя на самом деле от таких разговоров на душе у него становилось холодно и промозгло.

– Серег, ты чего, обиделся? – спросил Кирилл, отвлекаясь от компьютера. – Я ж серьезно. Организации, участвовавшие в создании «Олимпика», проводят традиционный фестиваль позора, также известный, как «Наука – Спорту». Каждые четыре года нагребаем по сусекам тех, кто хотя бы форму натянуть может и в раздевалке не заснет, и отправляем. Самое смешное, даже выигрываем иногда, – он хохотнул, – вот выступают в дисциплине всего три команды, и получается, все три призеры. Суровый мир научного спорта.

– Гравити, – ответил Сергей, мечтательно подняв глаза к разгорающемуся закатным огнем небу. – Я всегда мечтал.

* * *

Под куполом стадиона развевались флаги. Лунный спортивный комплекс «Олимпик» ждал гостей. Первая Лунная принимала большие ленивые паромы, медленно курсировавшие между Землей и ее вечной спутницей.

Команда московского космического института вошла в здание станции через огромную, похожую на гофрированную кишку, трубу. Она переливалась хромированной сталью и сразу задавала настроение, словно они оказались в одном из старых фантастических фильмов. Все здесь было с оттенком космической мечты, и Сергею это нравилось.

Конец ознакомительного фрагмента.