Шут. Книга III

Да и Руальд находился не в том настроении, чтобы разглядывать печальные глаза своего друга.

Едва только Шут ступил в королевский кабинет, как Его Величество захлопнул какую-то толстую папку с бумагами и сердито воскликнул:

– Пат! Ну где ты пропадал?! Я же сказал: прийти немедленно! – Он подхватил со стола свернутый трубочкой свиток и, не вставая, бросил его Шуту. – Прочти это.

Шут легко поймал бумагу.

– Да ладно тебе сердиться, – ответил, усевшись в кресло у камина, и развернул документ. По краю свиток был украшен затейливой вязью, но содержание текста трудно было соотнести с красотой бумаги.

– Откуда это, Руальд? – Шут с отвращением вернул свиток королю.

– Откуда… Оттуда.

Шут покусал губы и, нахмурившись, спросил:

– А… почему ты это мне показываешь? – Он и в самом деле был удивлен. У Руальда для решения государственных проблем имелись главный советник и палата лордов.

Король вздохнул. Потер левое ухо, над которым смешно оттопырились белые пряди волос, поглядел на Шута задумчиво и промолвил:

– Патрик, ты иногда задаешь глупые вопросы.

Впрочем, может, это и в самом деле кажется тебе странным… – Он покрутил свиток и, нахмурясь, бросил его на стол. – Пойми ты, чудак: одно дело – решать проблемы с советниками и совсем иное – поговорить с другом, у которого ума не меньше, если только он дурачком не прикидывается.

Шут смутился. Даже глаза отвел. А Руальд помолчал немного и вдруг решительно встал из-за стола:

– Пойдем-ка, брат, проветримся малость.

В личном королевском палисаде вовсю пели птицы, пахло набухающими почками и талой землей.

Но, несмотря на яркое весеннее солнце, Шут быстро озяб и искренне пожалел, что оставил теплый дублет в своих покоях. Ежась, он обхватил себя за плечи и нетерпеливо посмотрел на друга.

– Тревожно мне, Патрик, – без предисловий начал Руальд. – Я все время живу с оглядкой. Вот не поверишь – стал бояться ночных шорохов. Так и кажется, что кто-то крадется в темноте. Возле детской на ночь целый караул выставляю… Перестал доверять даже тем, кого знаю с малых лет.

Шут кивнул с пониманием. Уж ему-то не надо было объяснять, что такое страх и тени в темноте.

– Вот ты мне сказал тогда про эту клятую дверь для слуг в гостиной… А я теперь не выношу, если портьера ее закрывает. Все время думаю, что за ней может кто-то сидеть и смотреть на меня. Это невыносимо! Нельзя так жить! Нельзя… – он в гневе сжал кулаки, словно перед ним стоял невидимый враг. – Мне нужны новые люди.