Шут. Книга I

Готовлюсь к празднику, – он улыбнулся ей тепло и искренне, но выражение лица королевы оставалось непроницаемым. Что-то было не так с ней, однако Шут не мог понять, что именно. Ему показалось, Элея бледна, но он не взялся бы сказать наверняка –возможно, виной тому была лишь игра света, искаженного разноцветными стеклами витража.

– Мне известно, как ты готовишься. Отвлекаешь портних от важных заказов. Знаешь ли ты, что весь курятник мадам Сирень сегодня занимается только твоим нарядом?

– Я польщен! – Шут радостно сверкнул глазами.

Вместо ответа королева поджала губы и неожиданно выхватила у него из рук книгу, что Шут держал, когда она вошла.

– «Острословия Марта Коротышки»… – Элея открыла страницу наугад, и глаза ее скользнули по строкам. Шут довольно глядел, как на губах королевы заиграла улыбка, а на щеках – румянец. Наконец она расхохоталась и бросила «Острословия…» обратно. – Патрик, эти шутки ужасны… Если их услышит леди Бусс, ее хватит удар.

Он осторожно отложил в сторону удачно пойманную книгу.

– О, не волнуйтесь, Ваша Светлость. Она их не услышит. Подобные шутки предназначены для других ушей. Да и не думаете же вы, что я украду чужие слова? Это всего лишь один из моих источников вдохновения! – Он лукаво посмотрел на нее, склонив голову набок. На самом деле Шуту вполне хватало собственных мыслей и остроумия, ни в каких дополнительных источниках он не нуждался. Просто уже привык выставлять себя большим дураком, нежели был на самом деле.

– Знаю я, где твое вдохновение… У фрейлин под юбками! – неожиданно резко бросила ему Элея.

Шут опешил. Никогда раньше королеву не трогали его интрижки с придворными девицами. И никогда она не позволяла себе подобных слов. Упрек из ее уст прозвучал как-то особенно обидно и непонятным образом задел за живое. Ответить, однако, Шут не успел: Ее Величество королева Элея покинула библиотеку, громко ударяя пол острыми каблуками. Последний взгляд, который она бросила на Шута, оцарапал его хуже любого кинжала.

Некоторое время он сидел в глубокой задумчивости, пытаясь понять причину столь несправедливого гнева. Ревность отпадала сразу, Шут знал, что королева скорее уйдет в монахини, чем позволит ему взглянуть на нее как на женщину. Может, он обидел кого? Ее близкую подружку? Одну из фрейлин? Да нет… не было такого. Или одна из девиц округлилась животом, и отцовство опять приписали господину Патрику? Но он бы первым узнал.