Дикая магия. Кукла для профессора

Видела у него на ребрах эти штуки?

– Вроде боковых плавников?

– Да! И он в них будто заворачивается…

– Мерзнет?

– Вода теплая… Может, ему так плавать удобнее? Форма обтекаемая… Ну и прикрыться, заодно…

– Точно, мисс Пруэтт! Он тебя смутился, сразу, как увидел! – издевательски фыркнула я, красноречивым взглядом окинув аппетитную фигурку Присциллы.

В том, что имеем дело с существом мужского пола, мы обе не сомневались. Успели разглядеть, пока Нечто не занырнуло и не замоталось в полупрозрачные гибкие плавники, серым шелком тянувшиеся с боков крошечного, совершенно человеческого тельца.

– Ладно, у меня есть идея. Но она дурацкая, – сразу предупредила я и пошла за махровым полотенцем. – Сейчас ты будешь показывать ему волшебные огоньки. Все дети любят фокусы.

– Выманить магией? А что потом? – скептически протянула Присс, но жезл все-таки из кармана вытащила.

– Вот потом и начнется дурацкая часть. Но давай по порядку.

Присцилла принялась жонглировать над бассейном разноцветными магическими сгустками.

Пиротехническое шоу нашего подопечного заинтересовало, и минут через десять над поверхностью снова возвышался золотистый хохолок взъерошенных волос. Кажется, даже вода не справлялась с их непокорностью.

Пока расширившиеся от удивления глазки изучали огоньки, я подкралась с другого края и дикой медведицей, вылавливающей в реке лосося, ухватила нашего кроху. Чудо принялось биться и выскальзывать из рук, но оно не знало, с кем связалось.

Ребенок – иначе воспринимать его не получалось, несмотря на плавники, – неестественно широко раскрыл рот. И я приготовилась к истошному воплю. Сейчас Оно заорет, прибежит Демон и нашей «ля комедии» придет полная «финита».

Но малыш не издал ни звука. Вот как? Он что же, не умеет?

– Какой-то неправильный ребенок… – пробормотала в растерянности Присс, и я опасно громко фыркнула.

– То есть отсутствие воплей – единственное, что тебя в нем настораживает?

Мы нервно засмеялись, глядя, как перепуганное чудо таращит на нас свои магически-прекрасные глазащи и возмущенно открывает рот.

– Знаешь, мисс Пруэтт? А по-моему, этот ребенок идеальный.

Замотанный в полотенце, он казался совсем крошечным. Вроде тех кульков, что выдают в человеческих роддомах сентиментальным папашам.