Менталистка в Академии Междумирья. Три тайных желания

Воспоминания не отпускали. Ну кто ж знал, что за крошечное воровство чужих моментов потом половину жизни расплачиваться?

– Парень не пытался вас убить, – с досадой прокомментировал куратор.

– Поверьте, я разочарована не меньше вашего, – пробубнила, выпутываясь из его рук и подходя к Анхелю.

Мой соратник по несчастью сидел рядом с выжженной ямой, прислонившись к стене. Спутавшиеся, слипшиеся серые патлы разбросаны по плечам, щеки украшены черными закопченными пятнами, глаза красные от едкого дыма… И вся рубашка в каких-то брызгах.

Анхель пересказывал Лавли и Хонсею свой визион. Фелиция недоверчиво морщила нос и пыталась заверить магистров, что пророчества на воде и молоке не отличаются точностью.

– У молодых магов половина идет из головы, – качала она своей густой шевелюрой. – Даже капля фантазии способна проникнуть в видение, спутать карты… Я слышала о визиониках, способных управлять картинками, показывать то, что им выгодно.

– Полагаешь, я повздорил с Мойси и вообразил эту чушь? – насмешливо фыркнул парень, с трудом поднимая к прорицательнице лицо.

– Все знают, что ты не очень ладил с соседом.

– Может, я еще и отравил сам себя, прикрывшись личиной сиделки Коббс?

– Твои обвинения очень серьезны, Анхель. Ты мой… лучший ученик, но… – с тяжелым вздохом Лавли накинула оба белых рукава на плечи, взмахнув ими, словно крыльями. – Отравления? Покушения? У Моисея эмблема даже не красная…

Это верно, не красная и не бордовая.

– Яды, оружие демонов, эрренские камешки… Арховщина какая-то, право слово, – Хонсей, хищно щурясь, исследовал обломки стола. – Откуда у студента доступ к этому всему?

– Он маг-материалист с раскрытым даром. Как и вы, магистр, – пробормотала я, ковыряя носком туфли мокрую бордовую скатерть на полу. – Я заглядывала в визионы Анхеля. Я была в серватории, когда орудие для стрельбы рассыпалось в пыль.

– Ушел! – донеслось хриплое с другого конца зала. В образовавшейся тишине оно прозвучало громом.

Как ушел? Ищейка обещал выставить стражей у каждого выхода из академии!

Тяжело дыша, сир Радьярд привалился к стене и распахнул плащ. Из-под ткани сверкнуло лезвие длинного меча. Интересно, что еще прячут в своих одеждах ищейки?

– Я упустил мальчишку, он менялся несколько раз.