Чудовищный секрет Авроры 3, или Дочь ректора все объяснит

 – Я своими глазами видела, как он набирал ингредиенты для поискового ритуала по крови и фамильной ценности.

– И провел его? Прямо в Академии, набитой учениками? – вкрадчиво уточнил кощей, которому до смерти оставались считанные секунды. Судя по пылающему взгляду моего брата. – Оплатил дань кровью?

– И провел, граф, – кивнула незнакомка и залихватски чихнула на весь зал. – Да что ж такое…

– Протестую! – взвизгнула, подпрыгнув на кресле, зеленая гоблинша. – Свидетельства мисс Сноуфорд вызывают сомнения у стороны защиты.

– Отчего же?

– Оттого, что никакой мисс Сноуфорд в Академии в эти дни не значилось. Ни в составе приглашенной комиссии, ни в списках рабочих Заповедника и стражи Эстер-Хаза, ни в числе учеников и преподавателей, – довольно подбоченилась защитница и потрясла в воздухе толстой папкой с бумагами. – Я внимательно все проверила.

– Хмм… Верно, не значилось. Свидетельница – агент Верховного Совета, внедренный в Академию тайно. Госпожа Караваева оказала нам неоценимую услугу, – граф с наслаждением почесал короткую бородку.

Я тихонько застонала, впиваясь ноготками в руку брата. Он, впрочем, даже не заметил – пытался испепелить взглядом девицу, что все эти месяцы крутилась вокруг него, кокетливо труся своим пышным задом. И вынюхивая секреты!

Эту мерзавку-вертихвостку, вскружившую голову моему полному песцу, я хоть сейчас готова была пустить на ингредиенты!

Бедняга Бойз… Опять не повезло ему с личной жизнью.

– И что же заставило вас, Андрей Владимирович, рисковать учениками и призывать нестабильную темную магию в сочельник? – издевательски уточнил граф, и я зажала рот ладонью.

Потому что догадалась, наконец, кого искал папа. И для чего проводил запрещенный арканский ритуал.

И от этого знания совсем обидно сделалось. Потому что я шестым чувством, обитающим в самой непоседливой части моего тела, поняла: не станет отец рассказывать ни о похищении, ни о Караваевой под иллюзией, ни о ее дрянной записке.

Очень хотелось думать, что не в меня. Я ведь заметила бы, верно?

– У меня были личные причины, – сухо ответил папа. – Я не готов ими делиться. Впрочем, граф, если вам интересны подробности: он не сработал.