Анжарская академия. Темный магистр исцелению не подлежит

– Ваша правильность у меня уже в печенках. Аж подташнивает.

– В печенках у вас эшерская дварфова, – я с укором покачала головой. – И подташнивает вас тоже из-за нее.

Райс резко сел на кушетке и осоловело огляделся. Поймал в поле зрения шкафчик с обезболивающими артефактами. Встал… И я, уверенно ухватив его за плечи, силой усадила магистра обратно.

– Вы можете с этим справиться сами, сир, – выдохнула строго, ловя на своем лице отрешенный взгляд темных глаз. – Все справляются с откатами. Они не только у вас бывают.

– Не все отдают столько, сколько я, – Райс передернул плечами, смахивая с них мои ладони. Они и правда там были лишними.

– Так отдавайте меньше, – завела руки за спину и сцепила в замок, – пока от вас еще хоть что-то осталось, кроме бледной кожи и синяков под глазами!

Целительство было частью моей природы, но я твердо знала: есть те, кому невозможно помочь. Просто потому, что они не хотят этой помощи. Не желают выздоровления.

Райс был именно таким. Замкнутым, немногословным… а лучше бы вовсе немым.

Он делал все, чтобы от него шарахались, как от прокаженного. Не удивлюсь, если настойкой, пахнущей не лучше продуктов гхарровой жизнедеятельности, обливался просто так. По утрам. После душа.

– Есть более достойные методы справиться с магическим откатом…

– Я зашел за обезболивающим, а не за нотацией от ребенка с огромными зелеными глазищами, – отмахнулся магистр.

– Я не собираюсь рыться в личных вещах сира Альвара… и искать… что вы там попросили, – выдохнула, краснея керрактской каэрой.

– И будете смотреть, как у вас на пороге помирает темный маг, всего себя отдавший на борьбу со злом? – без доли пафоса уточнил Райс и снова упрямо поднялся с койки.

– Это вы-то помирать собрались? Тогда посмотрю, да, – я уселась на соседнюю кушетку и скрестила руки на груди. – С удовольствием.

Обретя верного зрителя в моей лице, Райс сделал несколько шагов к заветному шкафу. Прислонился плечом к стене и начал медленно оседать.

Я засопела, придирчиво наблюдая за устроенным шоу. Надоест же ему издеваться когда-нибудь?

Нет. Райсу не надоело. Он закатил глаза и собрался падать в магический обморок. Вот какого гхарра? Эта «ночь Ахавы» была твердо намерена меня добить!

Я вскочила с кушетки, подбежала к магистру и подсунула плечо под его руку.