Средство от бессмертия

Поэтому просто доверьтесь мне и не мешайте.

Глава 7

Без пяти минут умственный калека, я продолжал держаться за мои принципы, подобно тому, как старый самурай держится за свой фамильный меч, – до последнего вздоха, до последней секунды боя.

Я с детства не верил ни Бога, ни в чёрта, ни в Кришну. Только в те нелёгкие дни я ненадолго поддался слабости и в глубине души позавидовал тем, кто имеет хоть какую-то веру: сам я не мог не то что попросить Бога о помощи или утешении, а даже обратиться к нему с упрёком: «За что Ты так обошёлся со мной, Авва, Отче?.

.» Но я не желал тешиться самообманом; таков был мой выбор атеиста.

* * *

Полозов сдержал своё обещание и лично доставил меня из изолятора в клинику. Он нашёл нужную лазейку в УПК, и поданное им ходатайство о передаче дела в петербургский суд было рассмотрено и удовлетворено чуть ли не в тот же день: в конце концов, речь шла не о том, кто, как и зачем совершил преступление, а лишь о том, был ли преступник вменяем, отдавал ли он себе отчёт в своих поступках.

Немногих свидетелей защиты согласились допросить по видеоконференцсвязи, а главным и единственным свидетелем обвинения оказался в итоге я сам.

Малик не ошибся в выборе: Евгений Андреевич не зря пользовался репутацией деятельного и толкового юриста. Он безупречно выполнил свою работу, отбросив все личные проблемы. Но дальше случилось неожиданное: завершив последние неотложные хлопоты, адвокат вдруг сам попросился в стационар, и его оформили в соседнюю с моей палату.

«Прямо поветрие какое-то, – подумал я тогда. – Надо бы у сестры маску на лицо попросить, чтобы не разносить заразу».

Главврач заглянул ко мне на утреннем обходе:

– Привет арестантам! Как твоё самочувствие?

– Как в угаре. Сам посуди: ещё недавно я был простым обывателем, вчерашний день провёл за решёткой, а теперь вот лежу в дурдоме. А завтра я кто – юродивый на паперти?

– Ну, насчёт завтра можешь быть спокоен – пока придётся побыть здесь.

Учти, я за тебя поручился, так что не подведи.

– Что ты, и в мыслях не было! Ты мне главное скажи: что с Лизой? Я вот подумал: раз в её смерти обвиняют меня – сам посуди, насколько это дико и нелепо, – значит, за всем стоит какая-то ошибка, какое-то невероятное стечение обстоятельств. А может, и смерти никакой не было?

– Ты лучше обсуди это со своим адвокатом.