Идефикс. Пакт о самосожжении

Ни фотографий в рамках, ни бесполезных, но утонченных статуэток, а без тюля и штор большое окно в гостиной выглядело совсем обделенным. На ее месте Данил непременно бы закрылся от этой удручающей картины плотными жалюзи с воодушевляющими видами природы. Стройка напротив замерла на ночь, хотя мужчина и не был уверен, что работа над домом вообще хоть как-то продвигалась. Стоило приглядеться и на серых блоках проступали бессвязные размашистые надписи цветными баллончиками, а кое-кто явно принял это место за мусорную свалку.

Он скорее почувствовал, чем увидел движение внизу. Солнце стояло еще довольно высоко, но развалины создавали глубокую тень, идеальную для тех, кто хотел скрыть свое присутствие. Данил прищурился, зацепив взглядом высокий худощавый силуэт, осторожно пробирающийся по подвижной насыпи из мелкой гальки и крупных булыжников. Он не хотел подкармливать свою разрастающуюся паранойю, но был почти уверен, что уловил тот миг, как рыжеющий луч солнца отразился от круглых линз, издалека напоминающих бинокль.

– Ты будешь черный или зеленый?

Настя осторожно поставила на журнальный столик поднос с маленьким керамическим чайником и позолоченным сервизом.

– Черный.

Рядом стояла вазочка с печеньем и конфетами. Данил даже невольно улыбнулся столь забавному натюрморту.

– Так, сколько ты уже здесь живешь?

– Переехала на майские праздники, как только закончили всю работу с сантехникой. Знаю, выглядит немного пугающе, будто находишься в вакууме. Я собираюсь в сентябре взять отпуск и закончить с ремонтом.

– Нет ничего более постоянного, чем временный ремонт.

– Да, – немного расслабилась девушка, разливая чай по чашкам. – Я не знала во что ввязывалась.

Окно выходило на восток, отчего в комнате уже начинал собираться полумрак, делая ее еще более сиротливо-опустелой. Настя выглядела напряженной, если не сказать больше – нервозной. Хоть девушка и пыталась это тщательно скрыть, непонятная тревога проступала в дрожи ее тонких пальцев, когда она поднимала горячую чашку с чаем, нервном тике в уголке глаза, покусывании нижней губы, взгляде, периодически скользившем по запястью с часами.

– Ты кого-то ждешь?

– Нет, – испуганно вздрогнула девушка. – С чего ты взял?

– Не хочу навязываться, тем более уже поздно…

– Нет, нет, нет… – – Девушка даже вскочила на ноги, будто собираясь преградить ему выход. – Останься.