Вуаль забвения

Но свечение разгоралось и не давало окончательно уйти в сновидение. В конце концов, меня это стало раздражать. Я моргнул, приходя в себя, и повернулся.

Посередине комнаты светился портал. Переход через печати защиты в дом невозможен без согласия хозяев. Либо у меня крыша едет, либо я не понимаю ситуацию. Внутри портала что-то двигалось, как живое, постоянно ворочалось. Потом эта масса сделала большой вдох, и портал выплюнул кота.

Я глядел на животное в немом шоке. Кот же, не теряя времени, насмешливо осмотрелся.

Кот был огромным, серым и пушистым, его зеленые глаза сияли любопытством, а шкура лоснилась. Ростом он доходил до колена. На шее кота висел кулон. Он обошел комнату, потом подошел ко мне и потерся об руку, отчего ей сразу стало тепло. Но стоило ему отодвинуться, тепло исчезло. После этого кот ухмыльнулся еще раз, мяукнул, вильнул хвостом, прощаясь, и исчез. Я еще долго тупо смотрел на то место, где он был.

Надо меньше читать по ночам. Все это нереально. И тут я обратил внимание на то, что в моей руке появилась сложенная вчетверо бумага.

Неожиданно в комнате зажегся свет. На лоб легла нежная рука матушки.

– Милый, ты почему не ужинаешь со всеми? Что с тобой?

– Да я не знаю, как рассказать, – кашлянув, начал я.

– Та-ак, Элрон, что ты опять вытворил? – она устало опустилась в соседнее кресло. – Вроде вырос, а ума так и не прибавилось.

– Да я, собственно ничего и не делал, – запнувшись, я отдал бумагу.

– Везенье пока на твоей стороне, сын, – неожиданно сказал отец, пройдя к камину. – Можно? – он осторожно взял лист, который рассматривала матушка.

– Очень интересно. Да, это карта. Артефакт. Если кто узнает, что она у тебя есть, то головы тебе не сносить, даже за ворота выйти не успеешь.

– Весело, – я картинно закатил глаза.

– Хватит паясничать, – разозлился отец. – Это дело серьезное. А ты ведешь себя как клоун.

И тут меня разобрало.

– Так я вроде по жизни клоун для вас? – не люблю, когда из меня начинают делать недоумка. – Сам все понимаю.

Я встал и направился к двери.

– Постой, – в голосе отца звучал приказ.

Пришлось вернуться. Отец неодобрительно сдвинул брови, но заговорила матушка:

– Может, это и хорошо, что выбор пал на тебя – для всех, а для тебя в особенности. Я знаю, у тебя уже накопилась куча вопросов. Но мы не можем ответить на них, только ты можешь.