Истинная судьба дракона

– Ты практически совершила чудо, милая, – декан положила мне руки на плечи, и я почувствовала, как усталость отходит, а тело наполняет тепло. – А теперь тебе самой надо пойти отдохнуть.

– А Аргус… – губы болели, говорить было сложно.

– С ним теперь все будет хорошо, – эна Фердинанда настойчиво подняла меня и повела к двери. – Я ему скажу, что ты тут была.

Выйдя за дверь, я удивилась тишине, которая царила в лазарете, особенно после вечерней суматохи.

Дверь одной из палат была открыта и из нее доносились голоса.

– Бедненький! Как же ты так, – причитала она. – Говорили тебе, не высовывайся. Наверняка она даже не прилетела. Она же вся такая правильная.

– Ещё и пришел сюда поздно! – сетовала другая девушка. – А если бы там был яд гарпий?

– Она не нарушила бы обещание, – мотнул головой Сиен. – Я помогал горожанам, да и противоядие мне влили почти сразу.

– Ей? Вот ещё, – фыркнула Кларисса. – И вообще, тебе не по статусу самому себя лечить.

Он покачал головой и с тоской посмотрел на выход из палаты. Наши с Сиеном взгляды пересеклись. Я постаралась с помощью улыбки сказать ему “Я рада, что ты цел”. Но, наверное, из-за воспаленной губы улыбка вышла кривоватой и усталой. Он мне ответил взглядом что-то вроде “Я переживал за тебя”.

Тут прямо перед моим носом Кларисса недовольно закрыла дверь. Ну просто сама вежливость!

Когда я вчера в гуще гарпий у Доходного дома промелькнули ангельские крылья, я думала, что это Сиен и, честно говоря, боялась, что его больше не увижу. Но раз Сиен тоже в порядке, я могла быть спокойна и отправилась в казармы.

На улице было свежо. Утренняя прохлада забиралась под воротник, скользила вдоль спины и заставляла сжиматься. Можно было бы долететь до казарм, но после ночи в окружении запаха крови и боли, хотелось подышать свежим воздухом.

Утренняя суета, запах сена, а еще доносящийся со стороны прачечных аромат свежевыстиранного белья создавали настроение радостного предвкушения нового дня. Какое счастье, что у Аргуса он тоже будет! Мысль о том, что теперь с ним все будет хорошо, грела душу и заставляла улыбаться.

Я выбрала самую длинную дорогу – через хозяйственные постройки.