Истинная судьба дракона

Драконы действовали слаженно и ловко, будто всю жизнь так и тренировались. Хотя я прекрасно знала, что первый раз они перевоплотились совсем недавно.

Стараясь отвлечься от битвы, я любовалась полетом черного дракона. Как и во сне, дыхание перехватывало хотелось не смотреть со стороны, а сидеть на его спине, вместе с ним ловя воздушные потоки и наслаждаясь ощущением полета.

Когда пошла третья волна гарпий, к ним присоединились вульпаоры. А вот это было неожиданностью. Очень неприятной. Они просачивались в мелкие промежутки между зданиями, и драконы не могли их остановить.

Тут на горизонте показался огромный золотой дракон. Его наездник вскинул руки, от них разлилось серебристо-белое сияние, и вульпаор будто смыло волной. Ректор и комендант. Это их легендарная боевая пара. Невероятно, как внушительно они смотрелись вместе. Следом за ними летели еще несколько драконов, все тоже с наездниками-магами.

В момент затишья, когда золотой дракон приблизился к нам, Аргус и Перси будто вытянулись перед ним по стойке “смирно”, если так могли сделать драконы, зависшие в воздухе.

Драконы приземлились у входа в наши казармы. Мы с Дарой и Вирго буквально сползли со спины Перси, потому что ноги и руки закаменели от того, с какой силой мы вцепились в гребни.

– Эн Гордин просил предупредить, что вас в городе не было. Вы тренировались на площадке, – сказал кудряш, как только перекинулся.

Он говорил это все недовольно, ворча, как старик, но мне было все равно. Я стояла и смотрела в темно-синие глаза Аргуса. Он так же пристально смотрел на меня. Я почувствовала, увидела в нём то, о чем говорил эн Гордин. Силу, уверенность и готовность защищать тех, кто нуждается в этом. Казалось, он был намного старше, чем, например, тот же Перси.

Аргус не спасовал и не бросил на произвол судьбы ангелов. Но при этом я понимала, что во многом он это сделал ради меня.

Повинуясь внезапному порыву, я подбежала к дракону, обвила его шею и поднялась на цыпочки, и потянулась к нему…

Глава 8

– Спасибо, – прошептала я, желая коснуться его губ своими. Но в последний момент он отвернулся, и я поцеловала его немного шершавую от щетины щеку.