Жизнь как квест

Ох, что там говорила мне Римма? Соблазни его?

Что-то много претенденток на его соблазнение, боюсь, меня и видно в такой плотной толпе не будет.

На каждой планерке смотрю на него исподтишка и мечтаю. Вот было бы здорово урвать его у всех претенденток. Только мои мечты остаются недостижимыми мечтами.

Но нас словно кто-то невидимый сталкивает постоянно.

И однажды мой начальник посылает меня к Алексей Алексеевичу обсудить с ним коммерческий договор с одной фирмой. Иду на подкашивающихся ногах к тому в кабинет и наталкиваюсь на его секретаршу.

– Мила? Что ты тут делаешь?

– Я работаю, теперь я личный помощник Алексей Алексеевича, – Мила сияет, хлопает накладными ресницами и делает губки бантиком.

– Тогда доложи, что я пришла.

– По какому поводу? – Мила делает умное лицо.

– Коммерческий договор с Мостстройинвестом, – чеканю я, чтобы лишний раз не подумали, что я тут хожу по личным интересам.

Мила жмет кнопку селекторной связи и представляет меня. А я забываю, как дышать, когда он начинает говорить.

Меня опять окутывает аромат его духов, обволакивает его аура, затаскивает в любовный капкан, мне оттуда не выбраться. Какая уж тут работа.

Я сижу словно в густом желе, звуки долетают до меня издалека, у меня пропало периферическое зрение, я вижу только его глаза. Такие карие, черный зрачок, что колодец без дна, длинные пушистые ресницы, темные брови дугой над ними.

– Светлана Валерьевна, вы меня слушаете, – я тяжело сглатываю вязкую слюну, он что-то говорил, прослушала.

– Да, я вас слушаю Алексей Алексеевич, договор надо переделать, конечно. Все сделаю сегодня, – мямлю в ответ.

– Хорошо, Светлана Валерьевна, жду от вас договор.

Я встаю и на подгибающихся ногах иду в сторону двери.

– Я буду ждать договор сегодня, – летит мне в спину.

Уже почти шесть часов. Когда я буду переделывать договор? Мой начальник не любит, когда сотрудники задерживаются на работе. Он юрист и чтит букву закона. Но Алексей Алексеевич требует переделать договор сегодня.

К восьми часам все правки внесены. Договор распечатан. И я вновь ползу в кабинет Алексей Алексеевича.

В приемной пусто, свет приглушён, Мила давно упорхнула, только из-под дверей кабинета струится свет, хозяин засиделся.

Я стучусь и почти крадучись делаю шаг в кабинет.

– Я тебя жду, проходи, – он шагает ко мне на встречу.