Жених для неудачницы

И тут я поскальзываюсь, падаю прямо ему в ноги, сбивая его, мы дружно ойкаем, а он не успевает увернуться и всем весом падает на меня…. Ой, ой,ой, так не ровен час и можно кости переломать….

– Ой, простите,– пищу я, придавленная чужим телом.

– Ну, что вы, девушка такая неуклюжая то,– пропело баритом тело, пытаясь подняться. Минут через пять активного ползанья на корячках ему это удалось, и вот прямо передо мной стоит мужчина отряхивается и протягивает мне руку. Солнце бьет в глаза, я почти не вижу лица. Хватаюсь за руку и принимаю вертикальное положение, шапка съезжает на глаза, я не могу его разглядеть.

– Ну, здравствуйте, девушка. Как хоть вас зовут, красавица?– передо мной стоит высокий мужчина лет 35- 37, его можно было бы назвать красивым, светлые чуть-чуть с проседью волосы, брови в разлет, жесткая линия губ, модная легкая щетина с признаками ухоженности, глаза серые, я бы сказала стального цвета.

– Ззззздравствуйтеееее,– блею я.– Полина.

– М, Полина, красивое имя, что-то лицо мне ваше знакомо? Фамилию не скажите?

–Казакова.

– Казакова? Казакова? Племянница Ангелины Владимировна?

–Да,– снова блею я.

– Полиночка, так мы с вами знакомы, помните, мы встречались на юбилее университета, вы тогда с бабушкой приходили и Ангелиной, еще вашего деда вспоминали.

Я начинаю припоминать события почти пятилетней давности, когда еще школьницей Ангелина потащила меня в стены alma mater, своего родного университета. Был большой банкет, вспоминали нашего деда, что возглавлял университет больше десяти лет. Ангелина была еще в сногсшибательном алом платье, вся увешанная бриллиантами. И точно помню, что к нам подходил какой-то молодой человек, который долго и горячо о чем-то спорил с Ангелиной, но его я не запомнила, была мала, и очень увлечена разглядывая новую для себя обстановку, ведь меня почти никуда не водили.

– Я мала была, плохо запомнила,– оправдываюсь я.

– О, ну ничего, а я очень хорошо знал вашего дедушку, он часто бывал у нас в гостях, ведь моя мама была его секретарем почти 10 лет.

– Рада за вас, а я дедушку не помню, он умер, когда мне было всего год.

– Ну, это не мешает нам подружиться,– и он протягивает мне руку.