Взрастить чудовище. Следствие ведёт Рязанцева

Вероника смотрела вслед удаляющейся фигурке в малиновом пальто до тех пор, пока та не исчезла за поворотом. Потом поднялась на крыльцо и, прижавшись к матери, спросила:

– Мам, а я, когда вырасту, тоже такой красивой буду?

В отдел Лена вернулась только вечером и в дверях столкнулась с Махоркиным:

– Александр Васильевич, вы куда?

– Как куда? Домой, время-то уже позднее.

– Да, действительно. – Лена посмотрела на часы. – А я и не заметила.

– Трудно заметить, когда на улице так темно.

– Кофейку! – Обрадовалась Лена, которая только сейчас вспомнила, что после завтрака ей так и не удалось перекусить. За весь день она ни разу не вспомнила о еде, но как только об этом зашла речь, желудок возмущенно заурчал. Неожиданный внутриутробный звук смутил девушку, и она покраснела.

– Ууууу, да вы, похоже, не ели ничего. Ну что ж, значит, пойдём в кафе, я буду вас кормить, – командным голосом произнёс Махоркин.

Долго искать не пришлось. Кафе под названием «Синяя птица» завлекало клиентов изображением, видимо, этой самой птицы, очень похожим на взбесившегося синего петуха. Увидев свободный столик у окна, Лена поспешила усесться на мягкий, обитый синим дерматином диванчик.

– Комон сис же фатиге, – устало промолвила девушка.

– Значит, полноценный обед с первым, вторым и компот. Выбирайте. – Махоркин протянул меню в синей обложке. – Какое странное название для кафе, вы не находите?

– А что в нём странного? – Лена с интересом принялась читать название блюд в меню.

– Не важно, зато у неё, кажется, всё в ажуре. Заказывайте, не ошибётесь.

– Ага, закажу курицу из картофеля, а на гарнир пюре из курицы. А ещё салат из помидоров со вкусом огурца, и огурцов со вкусом помидоров, – иронизировала девушка. В обществе Махоркина было комфортно, все тревоги дня отступали на второй план, и уже не хотелось говорить о деле.

– Смахивает на суповой набор советских времён, когда ещё не было упитанных бройлеров, а в магазинах «выбрасывали» замученных в неволе синих кур.

– Ой, а я помню, их носили в сетчатых сумках – авоськах. Тощие лапы торчали из отверстий, а тут же рядом бутылка молока и хлеб. И что странно, всё это без упаковки, и никакой тебе кишечной инфекции.