Госпожа наместница

Сначала внимательно осмотрела своих верноподданных, затем положила на язык заранее заготовленную травку грубоуста, который изменит мой голос на более грубый, тщательно прожевала, проглотила, тихонько прокашлялась и только после этого кивнула и зычно скомандовала:

– Встаньте!

Толпа, насчитывающая больше пяти десятков вооруженных копьями и мечами тёмно-зеленых гремлинов, поднялась с колен и уставилась на меня. Кто-то с опаской, кто-то с нетерпеливым ожиданием, а кто-то и вовсе с затаенной радостью. Последних я не очень поняла, но, думаю, разберемся.

Произносить умные речи я не любила, так что решила ограничиться минимумом.

– Приветствую. Я ваш новый Наместник и для вас – Господин Дэниэль. Где управляющий?

– Я здесь, господин Дэниэль, – с тылов протиснулся серокожий гремлин, одетый в темно-коричневую хламиду и опирающийся на затейливый посох. По расоведению у меня было отлично, и я сразу распознала в нём старейшину клана. Гремлин был ещё не очень стар, но возраста весьма преклонного, об этом говорили его седые виски и серая кожа.

– Имя?

– Гровкин, господин Дэниэль, – гремлин бухнулся на колено и склонил голову, но при этом вывернулся так, что умудрялся смотреть на меня. Подобострастно и заискивающе.

Вот поэтому я и не любила Тёмные Земли. Тут ты или лорд, или слуга. Если лорд – на своих землях ты можешь делать всё, и ничего тебе за это не будет. Если слуга – то ты не имеешь права ни на что и должен быть рад каждой секунде жизни, потому что в следующую можешь её лишиться только потому, что таково решение лорда.

– Отлично, – я спрыгнула с виверны, сняла сумки и похлопала зверюгу по шее, разрешая вернуться в родное стойло.

Торопливо отошла, чтобы виверна, взлетая, не задела меня крыльями, и снова перевела внимание на управляющего.

– Всем заниматься своими делами, а ты, Гровкин, отведи меня в мой кабинет. Будем знакомиться.

– Господин Дэниэль желает завтрак или чаю? – вскочив, но умудрившись вновь подобострастно склониться, гремлин торопливо уточнил.

А всё – это что?

Раздражаясь оттого, что положение не позволяло мне спросить об этом прямо (ну не положено и всё тут!), я глухо рыкнула, и гремлин принял это на свой счет – побледнел, мелко затрясся и бухнулся на колени.