Хозяйка его ночей

– У тебя язва? Аппендицит? Месячные? Что, твою мать?! – орал в панике.

Мне казалось, что Заре становилось хуже с каждой секундой.

Начал быстро осматриваться по сторонам, в поисках телефона.

Телефон нашелся на столе, и я кинулся к нему.

– Оставь. Ты не смажешь объяснить. У тебя будут проблемы, – еле слышно простонала Зара. – Капельница с ношпой подойдет. У Вас же дежурит медсестра. Позови. Сделает. Быстрее!

– Хорошо, Хорошо. Потерпи только.

Я подхватил Зару на руки, она была сплошным комком нервов и боли, невероятно зажатая, словно из камня сделана.

Донес до кровати и максимально аккуратно и бережно положив, бросился за Лидией, что дежурила сегодня возле Артура.

К счастью, брат спал и излишнего любопытства не проявил.

– Ношпа для капельницы есть?

– Есть, – кивнула черноволосая женщина в очках, на вид, лет сорока пяти, оторвавшись от журнала.

– Бери все что нужно и ступай за мной, – приказал как можно холоднее.

На вздрагивающего от судорог брата, старался не смотреть.

Сукаа! Ему даже во сне больно!

Не имея возможности хоть как-то по-настоящему помочь, наблюдать за этим было просто невыносимо!

Естественно, я заходил его проведать каждый день и каждый день я переступал через себя.

Я понимал, что и так делаю для брата все возможное, но видя, что ему неделя от недели все хуже, каждый раз хотелось плакать и просить прощения, что не спасают его все мои гребаные бабки и возможности! Что все они, в этом случае, зря.

Женщина встала, и начала быстро собирать все что нужно, ничего не спрашивая.

Делать что, велено не задавая лишних вопросов, это одно из обязательных условий работы в моем доме. Именно за это условие всему персоналу здесь щедро доплачивается.

Лидия, бывшая при нас уже пять лет, ничего не спросила, даже когда увидела корчащуюся от боли, бледную Зару.

Внешне сиделка оставалась совершенно спокойной, а вот в глазах ясно читалась, что я та еще мразь, по ее мнению.

– Надо же до чего девушку довел! И что такого только с ней делать надо было? Первый раз наверно! А он силой! Не дай бог еще и в задницу! Мразота!

Я не делал такого! – огрызнулся, я, прожигая охамевшую волчьим взором.

Лидия вздрогнула, и остолбенела, пялясь на меня с ужасом, я тоже вздрогнул поняв, что вслух она этого не произносила! Я неведомо как, считал ее мысли.

Впрочем, они были вполне предсказуемы.

Зара старалась держаться, но явно очень мучилась, приглушенно стонала сквозь сжатые зубы.