Немного магии

Судя по нескрываемому скептицизму на лице профессора, он тоже сомневался, что я в должной мере усвоила все женские премудрости. Но этикет обязывал его встать и поприветствовать вошедшую даму, и я ответила глубоким реверансом, смиренно склонив голову и всем своим видом олицетворяя воплощённые идеалы школы.

– Аэлла весьма… – директриса помедлила, подыскивая нужное определение, и печально закончила: – Весьма изобретательна.

Прозвучало это отнюдь не комплиментом, но профессор только усмехнулся в ухоженные усы и хитро сощурился.

– Аэлла, – повторил он, будто примеряя ко мне мое собственное имя, и велел: – Покажи мне руки.

Я нахмурилась (а в зубы это светило науки заглянуть не хочет?), но послушно протянула ладони.

Светило удовольствовалось и ими, но так придирчиво вертело и рассматривало каждый палец, что я заподозрила многоуважаемого господина Бианта в некотором пристрастии к женскому маникюру. К счастью, мне хватило ума промолчать и не поднимать глаз, потому что интерес профессора явно лежал в иной плоскости.

– Это она, – заключил профессор Биант, выпустив мои руки.

– Вы уверены? – отчего-то заволновалась миз Фьёри. – Мы наблюдаем за Аэллой почти десять лет, и она ни разу не выказывала никаких признаков!

Я снова промолчала, не рискуя встревать с ремарками про то, что между «не выказывала никаких признаков» и «ни разу не попалась на горячем» есть некоторая разница. Начинать попадаться прямо сегодня в мои планы не входило.

– О, разумеется, я не ставлю под сомнение вашу компетенцию, профессор Биант, – быстро исправилась миз Фьёри, – но я крайне удивлена.

Профессор обернулся через плечо, и в его взгляде мне померещилась хитрая усмешка.

– Не удивляйтесь, миз Фьёри, – посоветовал он. – Просто ваша подопечная и в самом деле весьма изобретательна. Обычно дети с таким дарованием попадаются в тот же день, когда обнаруживают в себе новые способности: пожар, порчу или банальную магическую драку со сверстниками сложно пропустить.

Совершила акт милосердия, укрепила узы дружбы со сверстницами и провела весьма занимательное наблюдение за тем, как люди говорят о воспитанницах «Серебряного колокольчика», когда уверены, что их никто не слышит. Но я была практически уверена, что директриса и профессор будут смотреть на события под другим углом, и мне он едва ли понравится.