Когда нам будет 40 лет

– Это упонский принц, – вздохнула Анна и повернулась обратно к нему. Не слишком ли это был личный разговор? Да, она призналась своей семье и Хезер, но может ли она доверять, кричать о своем разодранном сердце остальным людям? Ведь ей действительно этого хотелось – чтобы все видели ее окровавленное сердце, жалели ее, пытались помочь. Что бы Куроки это видел. Она не сильная. Слабая и впервые влюбленная. Прошло уже время, а ей все еще хочется кричать и плакать.

– Как я понимаю, любовь? – тихо и понимающе спросил Виктор, на секунду задумавшись над тем, что раз она рассказывает ему об этом, значит, не воспринимает, как потенциальный объект для любви.

Как мужчину. Почему его эго так всполошилось?

– Первая, – Анна встала и отошла к не зашторенному окну. На улице царствовала ночь, и лишь подсвеченные дорожки у дворца освещали местность.

– Она часто трагична, – начал Виктор и медленно подошел к княжне. – Ты не должна зацикливаться на этом. Просто переживи. Пройдет время, и ты вновь влюбишься.

– Я хочу взаимности, – глухо произнесла девушка, стараясь не смотреть в его такие теплые карие глаза. Чертов понимающий взрослый!

– И в чем проблема? – усмехнулся мужчина и положил руки ей на плечи. – Ты довольно привлекательная и не весишь 160 килограмм. Тебе просто нужно больше уверенности. Не жди первых шагов. Действуй. Ты же все – таки княжна. Да и на дворе не восемнадцатый век.

Анна слабо улыбнулась и, склонив голову в бок, потерлась ухом о его руку. Виктор умел быть убедительным и воодушевляющим.

А еще он сказал, что она привлекательная и это заставляло ее щеки краснеть. Куроки никогда не говорил ей такого. Да они вообще не обсуждали внешность, негласно считая, что это ничтожный критерий. А ведь временами ей, как и любой другой девушке, хотелось внимания, комплиментов, что повышали бы самооценку и настроение. От этого трепетало и радовалось сердце.

– Ты слишком много надумываешь себе, – Виктор с улыбкой смотрел на нее. – Да, ты в него влюблена. Но это чувство, а не убийство.

Оно пройдет, либо уступит место чувствам к другому человеку.

– И я не буду больше разводить трагедию? – задала риторический вопрос Анна. – Когда я найду того самого человека, с которым захочу связать свою жизнь, должна ли я буду рассказать ему о Куроки? Он ведь принц, известная личность.

– Я думаю, когда придет время, ты сама поймешь. Возможно к этому моменту, ты будешь вспоминать все с улыбкой или вообще недостойным внимания.