Я радость

– Какой объем работы и сколько вы готовы мне платить? – спросила я, памятуя о неприятном завершении сотрудничества с Зинаидой Павловной. Как будто мне было из чего выбирать.

– Я думаю, мы договоримся, – весело отозвался голос, явно принадлежавший молодой и беззаботной особе.

Когда передо мной открылась тяжелая металлическая дверь, обитая кожей, я почувствовала, как мои глаза поползли на лоб, а рот приоткрылся от удивления.

– Даша? – расплылась улыбкой стоявшая на пороге молодая женщина.

– Оля? – с таким же радостным изумлением отозвалась я.

Все так же хромая, она посторонилась и дала мне войти в квартиру, а я как всегда, глядя на нее, почувствовала легкий укол жалости и одновременно чувство вины из-за того, что жалею ее. Оля непохожа на человека, которого стоит жалеть, и все-таки неужели она не обошлась бы без той ужасной аварии, которая случилась, когда ей было всего четырнадцать и которая стала причиной ее хромоты? Выходит, нет.

– Постой, – вдруг спохватилась она, – так это тебя мне рекомендовала моя бабуля?

– Ну да, – подтвердила я, снимая куртку.

– Так ты теперь занимаешься… вот этим?

– Да. А что?

В моем ответе отчетливо прозвучал вызов, как будто я уже собралась что-то кому-то доказывать.

– Но что случилось? – спросила Оля, ведя меня в зал. – Ты же лучший юрист, какого я знаю! Не можешь найти работу?

Тут раздался звонок мобильного, который она держала в руках, и она нажала на кнопку вызова.

– Да. Да. Нет, подождите с этим, я сегодня подъеду, посмотрю сама, и там решим.

ССК – Сибирская сотовая компания, мое последнее место работы, где я проработала в общей сложности восемь лет – большую часть времени существования самой компании – три последних из них ведущим юристом. Вспомнив о ней, я сразу заметно помрачнела, как будто и не было тех четырех месяцев, в течение которых все, казалось бы, должно было забыться.

– Да так, – неохотно отозвалась я. – Ты же знаешь, какая политика у компании: не платить ни копейки по искам даже порой в ущерб собственной репутации, и я далеко не всегда была согласна с нею, а в последнее время стало и вовсе доходить до абсурда. В общем, не хочу об этом, – закончила я, почувствовав, что снова начинаю заводиться, думая об этом.