Душа моя

Только Ива успокоилась насчет роста и образа жизни, как узнала, что Паша вообще-то до сих пор женат. И что на нем несколько просроченных, невыплаченных кредитов. Когда-то по инициативе Пашиной бывшей жены они взяли несколько кредитов и ни за один из них не рассчитались. На эти деньги купили дорогую машину, которая осталась жене, съездили отдохнуть в Испанию, все остальное ушло на шмотки и развлечения.

На Иве эти долги никак не отразились бы, даже если бы они с Пашей поженились, но сам факт, отношение к этому – Ива и представить не могла, что можно взять у банка деньги и не платить, рискуя нажить себе кучу проблем этими невыполненными обязательствами.

И что было делать? Сказать, прости-прощай, забирай свои вещи? Больше не быть вместе, не целоваться, не засыпать обнявшись? Не слышать, как он гремит посудой по утрам за приготовлением завтрака, не видеть, как он улыбается ей, не слышать, как поет что-то смешным голосом? Из-за кредитов?

Мама бы сказала – да, так и надо сделать. Но Ива не стала.

С этой точки зрения, желтая машинка из всего нового, что вдруг появилось в жизни Ивы, возможно, была наименьшим испытанием. И все-таки когда Ива увидела ее, она поняла, что не только у членов ее семьи, но и у нее самой где-то в глубине души еще остались предубеждения против того, с чем ей приходилось сталкиваться с появлением Паши в ее жизни.

Маленький, помятый и поцарапанный в нескольких местах, нездорово постукивающий во время езды, желтый автомобиль был верхом нелепости, и Ива не могла себе представить, как будет ездить на таком. Никуда не денешься, по материальным ценностям часто оцениваешь и самого человека, а пока Ива была с Альбертом, она привыкла совсем к другому. Думала, что после встречи с Пашей она окончательно изменила отношение к этому, освободилась от привязки к статусным вещам, но увидела эту желтую несуразную машинку и поняла, что голоса мамы, сестры и даже Альберта все еще звучат в ее голове.

Альберт. Красивое имя, Иве оно нравилось, и, когда они познакомились, она сразу подумала, что было бы здорово, если бы ее парня звали так. Однако когда Альберт и правда стал ее парнем, оказалось, что имя это доставляет массу хлопот. Полное – слишком официальное и вычурное.