Кошатница

Она даже взяла на себя моральные обязательства защищать их от чужих кровососов. Так в маленьком мрачном городке перестали пропадать люди, зато почти исчезли бездомные кошки.

Переезд

Фаина стояла во дворе у любимой теперь осины и смотрела, как с неба медленно падают крупные пушистые хлопья. В свете фонаря поблёскивал, переливался ровный чистый снежный покров, укутавший всё вокруг будто тёплое одеяло.

Это была по-настоящему волшебная новогодняя ночь для всех. Праздничные столы ломились от салатов, бутербродов с икрой и красной рыбой, у кого-то, правда, бутерброды были с ветчиной, но дело же не в этом.

Главное, что закуска была обильной, как и возлияния. Длинные тосты сменялись короткими, головы хмелели, и людей тянуло на улицу запускать салюты.

Только Фаечка мечтала о тишине, потому что её сейчас всё жутко бесило, ведь вот уже неделю вампиршу неимоверно мучила жажда, а в городе закончились все бездомные кошки. Воровать домашних у Фаины рука не поднималась. Вампирша задумчиво оглядывала пьяные компании, проходящие мимо, и её мутило от одной мысли, что придётся кого-то из них укусить и выпить.

Правда, мутить могло и от голода, но аппетита в любом случае это не добавляло.

– Пора валить отсюда, – пришла к неожиданному выводу женщина и направилась в сторону железнодорожного вокзала, благо выходя из дома всегда брала с собой паспорт и банковскую карточку. Телефон и тот частенько забывала, ведь звонить-то ей никто не должен.

В эти новогодние праздники она выбила себе отпуск, так что на работу только через две недели.

Можно съездить в Нью Иден на разведку. Если получится устроиться там, то она вернётся только за вещами.

– Уж там-то кошек точно полно, – шептала женщина, решительно протаптывая путь к новой жизни.

Вокзал оказался закрыт до шести утра. Такое бывает в очень маленьких городах. На пустой заснеженной привокзальной площади прямо на тротуаре сидел упитанный и уже очень весёлый Санта и пел, с трудом справляясь с собственным языком:

– Джингл… ик… белс… ик…

Фаина присела рядом с дедушкой, принюхиваясь.

  Пахло от него приятно, почему-то преобладал сладкий запах сдобы, аж слюни потекли, и в горле огнём полыхнуло.

«Что же меня тянет на всё самое мимимишное?!» – простонала про себя вампирша.

– Где оленей потерял? – начала с бородатой шутки Фаечка, нужно же было соответствовать бородатому собеседнику.

– Я сам олень! – чуть не плача заявил зимний волшебник, – А ты одна? И с пустыми руками?

– Ну да, у меня никого нет.