Душа в подарок

Вот увидите, не пройдет и месяца, как я приеду к вам погостить и поделиться свежими столичными сплетнями.

Отец кивнул, звучно чмокнул меня в щеку и начертил в воздухе защитный знак Вечного. Вот верно говорят, в моменты тревог и атеист уверует. Помнится, папа никогда особо не верил в богов. И снова сердце сжалось от осознания очередного скорого расставания. Но я заставила себя улыбнуться:

– И, папа, прошу вас, обратите наконец внимание на мистрис Алей. Она уже перевела полсостояния на драгоценности, белила, услуги мастера красоты и платья.

Пожалейте если не ее, то хоть городских модниц. Они уже ночуют под дверью салона, дабы успеть раньше ее. А вы все так же упорно делаете вид, что она вам неинтересна!

– Алиса! – снова взвился папенька, но тут же успокоился, наткнувшись на мою невинную улыбку и самый открытый взгляд, на который я была способна. – Ты просто невыносима.

– Я помню, папенька! Вы мне уже об этом говорили, и не раз.

Чуть позже, трясясь в арендованном специально для этой поездки экипаже, я все же дала волю слезам.

Как бы там ни было, но снова расставаться с домом, с папой – это как в который раз расставаться с детством, беззаботностью. Снова вырастать.

Но и выходить замуж за первого встречного я все же не готова.

А вот применять свои знания на практике – очень даже.

Я достала из дамского саквояжа конспект и принялась листать то, что у меня и так от зубов отскакивало. Буквы прыгали в разные стороны, на ухабах и вовсе разлетались, потому мне быстро надоела игра в разгадывание своего же почерка, и конспект был отложен до лучшей дороги.

И за неимением другого занятия я просто уснула под мерный стук колес.

Глава 2

– Удачи, юная мисс, – чуть приподняв шляпу, пожелал мне извозчик, вручив мне мой чемоданчик, и снова вскочил на козлы.

– Благодарю! И вам удачного дня, – улыбнулась я в ответ и снова приклеилась взглядом к огромной, мерцающей золотистым светом вывеске с выведенной вензелями надписью «Оберег».

Чуть ниже мерцала точно такая же по стилю, но меньшего размера табличка с названием улицы и номером дома.

И все же я медлила.

Ох, как все-таки волнительно в первый раз устраиваться на работу. Хотя в принципе я прекрасно понимала, что меня уже приняли. Но все же…

Мастера Санда я не знала лично. А по рассказам Стефана, он был весьма экстраординарной и специфической личностью, для которой первое и самое главное место в жизни всегда занимала его работа.