Песочный трон

И пусть победителя в нём не было, а состоялся он исключительно для оценки противника, всё же Эрвианна чувствовала некоторое удовлетворение от мысли, что Ивсталия ушла ни с чем. Это было неплохое начало. Но в том-то и дело, что только начало. Вечером придворный серпентарий не упустит случая ужалить её побольнее. И она должна быть готова к этому.

– Всё готово, – склонила голову Оси, показавшись из двери, что вела в купальню.

Эрвианна поднялась резко, как привыкла за последние годы, но тут же сама себя одёрнула и вместо быстрых рваных шагов постаралась ступать танцующе легко и мягко, как раньше.

Едва заметная улыбка коснулась губ Эрри, когда служанка принялась ловко расстегивать застёжки платья и распускать длинные волосы цвета светлого меда. Пора было снова стать Сиятельной герцогиней Эрвианной, а не безликой тенью опустевшего замка Байе. Не только ради сына, но и ради себя самой.

* * *

Тевор сен Фольи вошел в покои герцогини Байе, принеся с собой раздражение и резкий запах своего парфюма.

За окном сгущались сумерки, грохотал гром сухой грозы и шумел зеленеющими в королевском саду ветками деревьев ветер.

– Ты долго? – поинтересовался он, ввалившись в ее спальню, миновав возмущенную Нэнси и застыв в дверном проеме.

Эрвианна не стала отвечать. Молча продела в уши серьги с огромным камнем оки, прозрачным с черными прожилками внутри, словно в родниковую воду капнули чернила. Подобные ей дарил некогда отец. Но те затерялись, потому пришлось заказать себе новые.

– Я готова! – отмахнувшись от поднявшегося в душе омерзения, Эрвианна положила ладошку на сгиб локтя своего супруга.

Мало что изменилось в королевском дворце за последние два года.

Светлые переходы, с темными провалами боковых ниш и настенными подсвечниками, так же кишели снующей туда-сюда прислугой. И все так же она расступалась, едва высокородная леди де Байе показалась в коридоре, в сопровождении своего мужа. Все так же склоняла головы и все так же жгли спину их взгляды. И только едва слышный шепот был новым. Раньше прислуга бы не позволила себе обсуждать ее, не особо заботясь о том, что может быть услышана.