Песочный трон

Но слушают и слышат даже тени, застывшие на холодной кладке стен…

Эрвианна была в числе тех, кто знал об Ордене не из досужих сплетен. Хоть и не всё, но многое. Уже покойный отец, сложивший голову в сражении под Валье, многое успел ей рассказать, едва в девочке проснулись зачатки дара Многоликой. Как и предупредил об опасности, которая грозила ей в королевстве, где магия была под запретом, и только король решал судьбу тех, кто ею обладал. Потому любые проявления магического дара скрывали столь же тщательно и рьяно, как позор обесчещенной невесты.

Эрри не стала исключением. Возможно, это и было причиной того, что её выдали замуж в столь раннем возрасте за герцога де Байе. Тогда ещё просто виконта.

Отец не мог позволить, чтобы любимая дочь стала одним из орудий в дворцовых интригах покойного Федерика Второго. Покойный король только на словах был блюстителем собственного закона. На деле Многоликие стали его ушами, глазами и руками, которые не страшно замарать кровью. А сам запрет магии – теми вожжами, с помощью которых он правил не только простым людом, но и своевольными магами, порой мнившими о себе больше, чем представляли на самом деле.

Дар Многоликих был в том, что они легко перенимали не только форму другого человека, но и его повадки, желания, стремления… Даже магические способности, если вдруг такие имелись. В некотором роде Многоликие на какое-то время становились тем человеком, подобие которого считывали. Единственное, что оставалось своего – память и мысли.

Но!

Маги при королевском дворе были столь же необходимы, сколь опасны.

Эрри прекрасно понимала, чем может обернуться затея матери. В лучшем случае её ждала смерть. Как и Валению. И Дэнни… И даже Гилвера. С другой стороны… Сын. Её сокровище. Единственный смысл её жизни. Она готова была совершить невозможное, чтобы её единственный ребёнок был в безопасности!

– Нэнси, – негромко позвала Эрри, и в дверь тут же вошла бывшая нянюшка.

Не стоило даже сомневаться, что ни одно слово, произнесённое в стенах покоев герцогини, не миновало её ушей.

– Да, госпожа, – согнулась она в поклоне.

– Прикажи накрыть завтрак на двоих на верхней террасе. И приготовить покои для герцогини де Саменти.

Валения едва заметно улыбнулась.

– Мы с тобой, моя радость, снова станем самыми влиятельными людьми при дворе…

– Меня интересует только мой сын, – обозначила собственную цель Эрри.