Заметь меня в толпе

– Надя, в чем дело? – подал голос отец.

– В вас. Разве не понятно?

– Мы устали с дороги, – вздохнула мама примирительно и слащаво. Она попыталась протиснуться в прихожую. – Наденька, давай чайку попьем… – она осеклась, увидев в коридоре зеркало в полный рост. Ее лицо тут же приобрело жесткое выражение, которое я хорошо знала. Вот она настоящая.

– А ну-ка, дай пройти, – приказала она.

– Нет! Вам здесь делать нечего. Отправляйтесь в свой отель и там хозяйничайте!

Но мать отпихнула меня и вошла.

– Стас, – крикнула она отцу, – не стой столбом! Посторожи возле зеркала, пока я буду собирать вещи.

Проснулась Софи, вылезла из кровати и мутным взглядом обвела присутствующих.

– Привет, – сказала она по-русски, – как дела?

– Добрый день, Софи, – ответила мама на ломаном французском. – Боюсь, что Надина возвращается в Льеж.

– С чего это вдруг? Я никуда не еду.

– С того, что ты не выполнила обещание! – взвизгнула мама. – С того, что ты ведешь себя вызывающе, пропускаешь занятия, из-за которых ты, собственно, здесь! Ты едешь домой!

Отец стоял в проходе, угрюмо разглядывая что-то за окном.

– Я не могу вернуться, – решительно возразила я по-французски. – Мне запретили.

– Здесь только я могу что-то запрещать! – мама бешено сверкала глазами.

– Полиция запретила.

Мама замерла.

– Что ты говоришь?!

– Я свидетель преступления.

Отец, наконец, удостоил меня недоуменным взглядом.

Подошла Софи и начала выуживать из чемодана свои вещи.

– Ее вчера допрашивали, – мимоходом бросила подруга.

Неожиданно в дверь постучали. Служащий с рецепции попросил спуститься вниз, чтобы расписаться в бланке получения заказного письма.

Глава 9

Когда я вернулась, мама сидела за столом и утирала платком глаза. Отец, еще более угрюмый и мрачный, все разглядывал что-то за окном. Софи с папкой для рисунков на плече шепнула, что убегает на лекции, и скрылась за дверью.

Занятые поиском паспортов, родители пропустили главную новость недели, взволновавшую всю Европу.

– То есть ты видела вора? – сказал отец после моего краткого пересказа. Он старательно растирал лоб, оставляя на нем красные полосы. Делал он так исключительно в моменты полной растерянности.

– Да я сама толком не поняла. Он подменил книгу, ну а я…

– Ты его запомнила?

– Не так чтобы очень… Вроде бы сотрудник архива.