Объект

Заглушив двигатель, Ханни цапнула с пассажирского сиденья винтовку.

– За мной! – приказала она двойке солдат, вылезших с заднего сиденья (один из них расторопно открыл перед Ханни дверь машины).

Собственно, ей уже всё было ясно. Никто не отпер ворота в ответ на её сигнал, никто на неё не нацелил оружие с вышки. Всё было глухо. База чернела перед ней безмолвным пустырём. Ханни вдруг развернулась, выстрелив от бедра и скосив очередью солдат.

Один из них был ещё жив и тихонько стонал, схватившись за живот.

Ханни милосердно добила его. Весело хмыкнув, она закинула винтовку за плечо и открыто, совсем не таясь, шагнула к дверке в воротах, отпиравшейся электронным ключом.

Ханни шла по вымершей базе, всё больше поражаясь и восхищаясь. Вот дежурный повис на крыльце, одной рукой уцепившись за перила, а другой до сих пор сжимая автомат. Вон вдалеке – бесформенная куча на посадочной площадке вертолёта (кстати, вертолёт-то на месте, что радует). И в тюремном крыле все мертвы. Охранники – кто застрелен, а кто просто забит.

Ну а бедный Седьмой задушен. Голова свесилась с матраса, являя взору посиневшее лицо.

Лаборант распростёрся в луже крови, у него какой-то смятый блин вместо головы. На входе в научный отдел ещё много таких – понятно, что их убивали голыми руками, а до оружия добрались уже потом. И когда обошли всю базу, вновь вернулись сюда. Об этом говорят кровавые следы на полу с таким знакомым рисунком подошвы. Хотя, в общем-то, здесь много следов – каких-то бороздок, мазков, признаков борьбы и того, что по полу кого-то волокли.

Но Ханни не хватает винтовку. Она тихо, по-кошачьи крадётся к сердцу научного крыла.

Её встретил Первый. Просто стоял в дверях и смотрел на неё из-под чёлки спутанных светлых волос – такой крепкий, высокий и приятно рельефный, возвышающийся над ней аж на голову. Ханни шагнула вперёд, подошла вплотную и глянула на него снизу-вверх. Потянула носом, вдыхая смесь ароматов.

– Люблю запах смерти… – промурлыкала она, заглядывая в глаза Первому, и вновь принюхалась.

 – М-м-м… Коньяк и его парфюм… Чем вы, мальчики, занимались тут без меня?

Первый молчал. Ни одна чёрточки не дрогнула на его лице, и Ханни уже решила, что он снова в трансе.

– Эй… – дотронувшись до его груди, она дразняще провела по ней ноготком, коснувшись соска.

Потом подумала: «Странно. Он почти не забрызган кровью…», и отдёрнула руку – Первый вдруг ухмыльнулся.

– А где Толь?.. – хрипло спросила Ханни.