Стрекозка Горгона. Зимние квартиры

Кало строил сконфуженную мину, сознавался, что, может, подзабыл кое-что, однако на руках носил, нянькался, этого не оспоришь! И имеет право называть сестру так, как привык.

Но главное, да: Тане пришлось заговаривать зубы подполковнику генерального штаба Зурову, следить, чтобы ни он и никто другой не слышали, что докладывает генерал-майору вернувшийся из Ясс Целищев. Пока он был в кабинете Куприянова, Татьяна в приёмной кокетничала с офицерами. Вспомнила наставления Зары. Как-то, когда Таню из Смольного отпустили к родным, она при цыганке взялась спорить с Сержем и Кало о греческих мифах: кто из героев какие подвиги совершал.

– Не тому тебя, Таня, в институте учат, не тому. Мало ли что в книжках пишут?! Не всё ль равно, кого тот Геракл убил? Может, мужчина и меньше твоего знает, а ты расспрашивай да удивляйся, хвали, мол, какой умный. А то начнёшь спорить, при тебе побоятся и рот раскрывать.

Серж тогда возмутился:

– Зара, что за советы?! Тане никакие поклонники не нужны, а мне она нравится такой, какая есть.

– А ты почему уверен, что не нужны? – насмешливо спросила пожилая цыганка. – Поклонники ни одной даме не мешают.

Серж примолк, закусив губу. Как раз накануне между молодыми людьми случился спор из-за некой дамы, чьим поклонником он сам являлся, и Тане в тот раз доставила удовольствие растерянность Сержа. Пусть поволнуется.

Сейчас мило улыбалась господам, старательно хлопая ресницами, расспрашивала Зурова и адъютантов о том, что и сама знала, а они наперебой, соревнуясь один с другим, разъясняли всё превсё. Братец давал задание: ты, мол, поколдуй, чтоб никто не мешал. А зачем колдовство, к чему оно, если одного женского кокетства достаточно?

По возвращении домой Кало гордо сообщил, что Куприянов идею одобрил. Владимир Васильевич недоверчиво переспросил:

– Одобрил?

– Ну-у, если быть точным, не то чтоб одобрил, но не запретил, – сознался, ничуть не смутившись, Николай.

– Вообще-то одобрил и не запретил – несколько разные понятия, – иронично улыбнулся капитан.

– Зато он даже советы дал, – запальчиво похвалился Целищев. – Когда я ему всё изложил, он высказался, что не против. И велел артиллеристов подключить, те с огнём и механикой дело имеют, могут что дельное присоветовать. Ещё строго-настрого наказал, чтоб все опыты мы втайне проводили.